Рейтинг публикаций

«Есть еще нечто важное, что следует упомянуть об авторах, представленных в этом сборнике, значимом для русской и итальянской современной культуры. Все они, несмотря на жестокие повороты нового времени, остались верны поэтическому слову и вдохновению. Хотя это очень непросто, и множество некогда известных имен после 1990-х канули в Лету». Елена Пахомова) (Пахомова явдяется составительницей антологии с российской стороны; русские классики 21 века - её выбор).

Тогда, в коммуналке, ёлку устанавливали огромную – потолки были три с половиной метра и покупали соответствующую. Везли на санках в пёстрой зимней темноте, проколотой многими огнями, везли – и лапы её, казавшиеся чёрными, упоительно ароматные, нежно и слегка пружинили. Иголки колют не больно. Ёлку устанавливали во второй комнате, в простенке, и главой возносилась она под потолок, и извлекался огромный сундук новогодних игрушек.

...батюшка отмашку дал, публично благословил. А в запрещённом фейсбуке, когда я выкладывал туда свои рифмованные «аллюзии» и «мотивы», он по ходу дела эти публикации лайкал. Значит, не грех.
Поехали! Вот что получилось.
…Все рифмы, само собой, посвящаются красноярской студенческой юности и персонально Сергею Круглову.

"Вот я вам говорила, что всё хорошо, но на самом деле не всё у нас хорошо. Так же и у этого дома. Если сейчас мы с вами находимся в частном доме [ставшем не частным], то, значит, в его судьбе было не всё хорошо. Как я себе представляю, у дома было две эпохи, два времени. Первая — прекрасная эпоха. И вторая — это трудные времена. В этой книге представлено и то, и другое время: и то, что происходило до революции и до Гражданской войны, и после них". Галина Калинкина

...В глуби у нас возникает и медленно зреет спрос на последний приют от вселенской заброшенности. Усилием мысли получим оттуда и предложение: чем больше проблемна, суетна и для нас самих подозрительна наша земная жизнь, тем призрачней граница с мечтаемым её неземным «продолжением». Для многих из нас быть кем-то услышанным и сколько-то понятым, не говоря о подмоге, почти неподъёмного стóит. Биться с всесильными всё духовное перемалывающими мельницами, что повсюду их сонмы на нашей Земле – дело всякого рядового Дон-Кихота. А таковых немало среди землян – хотя и беда их, что никогда им не съехаться в один влиятельный легион.

Некогда, в одном королевстве правил старый мудрый король. Он заботился о процветании своего государства и пытался никогда не ссориться с соседями. И хотя бывали между ними различные конфликты, куда же без них, он старался уладить дело миром. Его соседи были разные: большие и маленькие , сильные и слабые, богатые и не очень. И со всеми он пытался дружить.
Королевство его стояло на оживленном торговом пути между югом и севером, западом и востоком.

Лови себя в себе с размеренной тщетою \ вдали от мест, где всё припрятал бывший век \ в хранилище своём за той большой горою, \ куда и не пойдёт обычный человек. \\ (...) Отсюда два пути, и оба не простые, \и карнавал внутри, снаружи и везде, \ и грамоты для всех сугубо номерные, \ и всякая смешинка спрятана в звезде \\ картонной, как всегда, цветной и двусторонней \ на каждом потолке и на больших дверях \ наличии простом, всегда потустороннем, \ и в повести большой при тех же векселях.

Их разорвали на атомы. Уничтожили до уровня молекулярных связей. А они – не умерли. Просто взяли и не умерли. Вопреки всему. Скопили столько воли, что отказались выполнять законы природы. Устроили бытийную забастовку. А может, разорвались сами. Тоже силой воли. Сами стали законами природы, над самими собой, пятой стихией. Жизнь, которой недосталось небытия. Жизнь, которой стало некуда умереть. Потому что столько смерти было сделано до нее и вокруг нее, что даже в смерти стало мало места.

Сочинений Комаровского сохранилось немного: 61 стихотворение, один рассказ, письма. Теперь всё опубликовано: превосходное издание Ивана Лимбаха, фотографии, обширные комментарии. О нем пишут литературоведы, историки литературы. И все-таки этот царскосельский отшельник остается загадкой, одним из мифов Серебряного века, каким-то «странным завитком в сторону, никуда не ведущим» по выражению Святополка-Мирского.

Сон? Нет. Сонет, созвучий вороньё, \ Над Данте с Шелли дремлющие сони. \ А сонм серпов сонирует жнивьё \ И донны славят Венус на балконе. \\ Копьё метафизичней, чем ружьё, \ И потрясать им – холить на ладони \ Глагол, каких не знает бытиё \ Ни Сони Мармеладовой, ни SONY. \\ Бряцай и пой, античный логаэд! \ Твои синкопы дождь веков не смыл: \ “Вкус, батюшка, отменная манера!” \\ Блажен псалмов былинно-белый свет – \ Но лишь сонету ведом высший смысл \ Существованья слова вдоль размера. \

Зачем это всё? \ Это майское пьяное утро?... \ И сердце здесь посерёдке \ Сейчас разорвётся, как будто Не может вместить \ Столько боли, любви и весны вперемешку! \ Невозможно забыть \ Эти нежные бульденежи… \ Погляди, как невеста-весна \ Разыгралась в снежки \ Со смертью…