Литературная критика

Да, всё сбылось. Всё самое худшее. Всё шло по вехам этого рокового романа. (Сбываются не только стихи, но и проза. Особенно, если это проза Поэта). Этот роман действительно сыграл трагическую роль в их жизни и всё в себя вобрал.

...Поставив своей целью дискредитировать образ Николая Петровича Резанова, автор смело распоряжается историческими фактами по своему усмотрению и столь же смело «исправляет» хронологию событий. Это было бы допустимо в тексте художественного романа с условным героем, прототипом которого мог быть один из руководителей Русско-Американской компании (каковым и являлся Резанов). Но Нескоромных в своем романе настойчиво подчеркивает, что речь идет о реальной исторической персоне.

Все мы, кто чувствует в себе хаос иудейства, рождаемся каждый не в том месте и мучительно ищем, где наша родина. Сперва Мандельштам думал, что он римлянин и одновременно петербуржец, потом считал себя эллином и москвичом, да и потом были ещё варианты, уже не такие отчетливые: любимая Флоренция, ненавистный Египет. На какой-то момент библейская Армения глянула нелукаво родиной. Советский Союз тоже рассматривался как вариант.
На чём Мандельштам остановился? Не может же быть никому родиной дальневосточный лагерь.

В городском пространстве осажденного и бомбардируемого города возникает новая пространственная оппозиция: наземно-воздушного и подземного пространств. В такой ситуации также уничтожаются городские локусы, а жилые дома, школы, храмы, улицы, парки утрачивают повседневные функции, в результате чего городской ландшафт декодируется и меняет свое значение. В этой ситуации пространство социальных ролей горожанина глубоко трансформируется. Как это происходит, можно увидеть в поэме Елены Заславской «Новороссия гроз. Новороссия грёз» (2020).

Крупные слова: каждое самородно, рассматривается на солнце духа – прежде, чем лечь в единственно верную смысловую ячейку. Крупные слова – малые судьбы: совсем-совсем маленькие, затёртые жестокими льдами преуспевающих людей и общечеловеческого себялюбивого ритма бытия.

Не было у русской революции никаких причин, кроме литературных. Накликали беду. ...Саша Чёрный писал о России: "Прокуроров было слишком много! \ Кто грехов Твоих не осуждал?.. \ А теперь, когда темна дорога, \ И гудит-ревёт девятый вал, \\ О Тебе, волнуясь, вспоминаем, – \ Это все, что здесь мы сберегли... \ И встаёт былое светлым раем, \ Словно детство в солнечной пыли…

он слышал, что время утратило звук. \ И образ Младенца с сияньем вокруг \ пушистого темени смертной тропою \ душа Симеона несла пред собою, \\
как некий светильник, в ту черную тьму, \ в которой дотоле еще никому \ дорогу себе озарять не случалось. \ Светильник светил, и тропа расширялась.

...Рубакин — это «один из первых русских популяризаторов науки, человек, который поставил своей целью сделать так, чтобы книги читали самые разные простые люди» не по своей профессии: об открытиях в физике, географии, астрономии и в других науках. ...премия имени Рубакина является новой в области нон-фикшн-литературы, и её первый сезон проходит «прямо здесь и сейчас».

Стал нашим хлебом цианистый калий, \ Нашей водой – сулема. \ Что ж – притерпелись и попривыкали, \ Не посходили с ума. \\ Даже напротив – в бессмысленно-злобном \ Мире – противимся злу: \ Ласково кружимся в вальсе загробном, \ На эмигрантском балу.

Писатели Луганщины показывают читателям, что жизнь не кончается даже в самых страшных условиях. На окраине империи, среди битв и ужасов войны есть место не только для подвига, но и для дружбы и любви.

...учитель истории из Доброго Татьяна Черномордова рассказала о «фундаменте» — о «Левитовских чтениях», которые много лет проводятся в селе, и о людях, которые эти чтения запускали («Анна Харланова [учредитель «ЛевитовФЕСТа»] получила мощный заряд, понимая, что стоит на плечах гигантов»). ...«Анна привозила целые десанты писателей», которые выступали «для сельских учеников». Школьники, не попавшие на мероприятия, «с таким удивлением и пиететом» спрашивали: неужели правда живые и настоящие писатели? мол, мы тоже хотим с ними встретиться». (Харланова потом прокомментировала: «Дети думали, что писатели — это только те, кто на портретах, а они живые, и оказывается, ещё что-то сочиняют, ух ты!»)