Рейтинг публикаций

Когда-то Ходасевич сказал Берберовой в самом начале их жизни, что «теперь у него две задачи: быть вместе – и уцелеть». И то, и другое оказалось недолгим...

У Булгакова есть своя Вера и мечта. И это Вера в Великую Женщину и мечта о Ней. О Ней — способной своими поступками сделать великой не только себя, но и того мужчину, кто рядом с ней, спасти его даже от самого себя. Пусть от мужчины остался один костюм или номер палаты — она будет защищать его даже в таком виде и тащить на себе, такова её природа. И роман обожествляет эту Женщину.

...легизм (фа цзя), это не только важная глава в истории древнекитайской мысли, но и современная модель мышления и мира, которая объясняет и легитимирует авторитарные тенденции и практики в нашем времени. «Жесткое право» без морали, отрицающее естественные права человека и рассматривающее людей лишь как объект властного принуждения, вновь становится актуальным в условиях глобального кризиса либеральной демократии.

Человечество – как недалёкий дачник: личный участок выхаживает до блеска, а отбросы – через забор. Оттого всемирная свалка станет новой обширной экологической нишей с прогрессирующим биоценозом. В этих условиях ранимой и обидчивой природе сподручнее сотворять не миниатюрных львов и волков, а гигантских комаров, крыс, хищных крабов и стаи воронья с бронебойными клювами и когтями-лезвиями. Почитайте про всё это в книге «Эволюция будущего» мыслящего американца Питера Уорда – а я вернусь доживать в своём пока ещё терпимом настоящем.

В заключение ведущая как издатель пообещала представить книгу на разные литературные премии (на «Книгу года» и, может быть, на «Большую книгу»), хотя и без претензий на «Ясную поляну», и обратилась с месседжем в зал:
— И помните, что что бы вы ни делали, всегда есть два фактора: у вас остаётся надежда, и за вашей спиной стоит «Санитар».

Пыль крестовых походов для иерофила — \ Вожделенный фетиш, доказательство Бога. \ Кто-то там утверждал, что «незнание — сила», \ А «война — это мир»... Что ж, неплохо, неплохо. \\ Пережив сотню войн, мы слезящимся глазом \ Наблюдаем затмение солнца и сердца, \ Видим чёрных дроздов где-то в небе Шираза, \ С опереньем, отлитым из цвета маренго. \ Чтоб прослыть мудрецами среди иноверцев, \ Мы своих мертвецов похороним шеренгой.

Какую бы жизнь ни прожили люди, пережившие ленинградскую блокаду, она все равно осталась главным событием их жизни.

Наступит завтра вопреки всему, \ Пробьётся, просочится и — случится \ Само собой и в дверь не постучится, \ А волю явит: будет по сему.

Каждого автора предваряет цитата из текстов самого Башлачёва, это служит своеобразным ключом ко всем представленным поэтам, помогает пристальнее разглядеть их образы через призму того, кем они были вдохновлены. При быстром перелистывании страниц цитаты мелькают словно некой лесенкой, помогающей подняться к памятнику самого, на мой взгляд, непостижимого русского поэта.

Оно мне — по душе. Оно мне — по рукам. \ Мне без Него весь мир — не более чем хлам. \ Пусть изношусь до дыр. Пусть проиграюсь в прах. \ Пока Оно со мной — я — князем во князьях. \ Оно мне Бог и Дух. И мой насущный хлеб. \ За то, что, как в чертог, Оно в мой душный склеп \ Доверчиво летит синицею в ладонь. \ Меня хоть разорви. Ну а Его — не тронь.

"Девушка! А девушка? А как Вас зовут?" " Меня не зовут, я сама прихожу".

Она символизирует русских как этнос – сельских и городских жителей, крестьян и фабричных рабочих центральной России конца XIX века, реально использовавших балалайку для организации своего досуга. Также балалайка стала символом России как государства русских. Это может быть в разных контекстах и национальное государство, и империя. В политической науке того времени империя традиционно противостоит национальному государству как отсталый режим более прогрессивному государственному устройству. Рассмотрим эту дихотомию подробнее.