Рейтинг публикаций

В долгие дни черноморского лета, \ В мягкой тени благодатного сада, \ Как бы читали великих поэтов! \ Как бы хранили невинную радость! \\ Как бы легко пропускалась сатира, \ Были понятны и люди, и звери, \ Как бы звучала вся музыка мира! \ Если бы смерть не стояла под дверью. \\ (...) Как искрометно бы строились планы, \ Как презиралась бы сверхосторожность \ И не имели значения раны! \ Если бы смерть не смеялась в прихожей.

В саду гуляла, песни пела, \ не знала бед, печалей, только \ не уберечься; не посмела \ она глаза поднять на волка! \\ Отпрянули прочь мамки, няньки, \ со страху стража врассыпную. \ А хищник, ни единой ранки \ не нанеся, берёт родную… \\
И понеслись по небу синю, \ дух замирает, как вцепилась \ в шерсть серую. Через пустыню \ Сахару – Божию немилость, \\ по-над водами – морем Чёрмным, \ меж облаков себе ходячих, \ к лесам отеческим, к поёмным \ лугам зверь отречённый скачет.

...Кто платит – тот заказывает музыку. И журналист должен подделываться под вкусы того, от кого он материально зависит. Если раньше Галич писал: «Мы мыслим, как наше родное ЦК и лично – вы знаете кто», то теперь журналисты «мыслят» головой своего работодателя. Хотя и стараются при этом делать вид, что это не так.

...главное, что нужно знать про наше будущее. Как таковое оно для нас не только закрыто – оно для нас пусто, неважно и безразлично. А что тут подлинно ценно – это наше, у каждого порознь, представление будущего. Наши текущие и сколь угодно шаткие планы, наши обрывочные мечтания и наши кургузые понятия о том, чему должно бы некогда сбыться – хотя бы то было и курам на смех. Однако ж из этих смехотворностей и копится у каждого из нас та самая библейская вера, что может сдвинуть и горы. И таки мы сдвигаем горы верой своей – но только не современные нам, а те, что некогда украсят собой (в нашем уме) облик Земли. В этом ходе мысли мы абсолютно неопровержимы. А значит и в некоем смысле всесильны, и даже в чём-то равны небожителям.

То, что до сих пор многими агрессивность стран Запада объясняется теснотой в Европе, население которой нынче превышает население России в несколько раз, конечно, имеет место, но теснота имеется и в других регионах мира, страны которых не конфликтуют постоянно. Поэтому имеет смысл попытаться докопаться до действительных причин такого положения, когда русские желают жить в мире, а европейцы только говорят о мире.

Не все ещё корни вырваны \ из прошлого в жизни новой. \ О сердце! Ещё не вырублен \ твой розовый сад вишнёвый!

До сих пор понятия прогресса и регресса рассматриваются, хотя и детально, но объяснение этих явлений носит сугубо внешний характер без раскрытия того, что лежит в основе этих явлений. Поэтому имеет смысл показать на наглядных примерах информационную подоплеку этих явлений.

Так было, пока у власти оставался Рейган. Это их чета – Нэнси и Рональд – дружили с Раисой и Мишей, это они блистали на Красной площади и в Большом театре, а Нэнси ещё и в Ленинграде, в Петергофе принимала позы возле фонтанов, это запечатлела фото и видео-съёмка. Всё это были дела Рейгана и его ответственность… Однако же в январе 1989-го начался президентский срок самого Джорджа...

В сегодняшнем мире, где идут жестокие и коварные ментальные войны, где "хозяева планеты", привыкшие за многие столетия и даже тысячелетия возводить себя в "избранные расы" (вот где эпицентр клокотания эго!) и уничтожать этнос за этносом, превращая целые регионы в колонии, захват территорий осуществляется чаще всего за счет захвата сознания.

...А судьба, желая меня развлечь, подсунула срочную ручную работу, не сообразивши чисто по-женски, что через день мне надолго к таким отбывать! Работа же состояла в вычерпывании скольких-то десятков вёдер воды с жидкой грязью из ямы с прохудившейся трубой. Я черпал, черпал – перед глазами маячили тезисы Канта: «Мы почерпаем наши знания из наших апперцепций, а также и аппрегензий...»

...Веневитинов громче всех заявляет требование мысли в русской поэзии. Поэзии мысли. В отличие от других любомудров, он человек одной большой задачи. Перед ним цель – совершить решительный переворот в русской литературе, построить ее на твердых основах самобытной национальной философии.