Жития Святого Феодосия (Беседы 131-135)

 

 

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Беседа № 131. Онтогенез и гордыня
Беседа № 132. Чолдонская церковь
Беседа № 133. Ноктуарий
Беседа № 134. Осенённые музами
Беседа № 135. Узники атмосферы
 
 
 
Онтогенез и гордыня
(Беседа No 131 из цикла Жития Св. Феодосия)
 
“Младенчество я прожил мудрецом.
Но все таланты к отрочеству сдулись,
И в юности – увы! – моё лицо
Могло украсить депутата Думы.
 
Что дальше – спрогнозировать легко:
Мой ум хирел, от возраста, всё больше;
Я встретил зрелость круглым дураком,
Которого ни пекарь, ни обойщик
 
Не захотят и в подмастерья брать:
На чёрта им безмозглая обуза?!
Я даже Феодосию добра
Принёс не больше, чем монашке – бусы.”
 
Святой сдержал улыбку: “Ты пришёл спросить –
С чем ты войдёшь в глухие штольни старости?”
 
 
 
 
Чόлдонская церковь
(Беседа No 132 из цикла Жития Св. Феодосия)
 
У церкви Чолдонской людей не встретишь вечером,
Поскольку лес вокруг имеет 'репутацию'.
Я видел скептиков, что в кáвен* ведьм не верили,
Но обходили это место, и остаться там
 
До темноты – сочли бы дурью, чтоб прославиться.
Ходили слухи, что сам дьявол бродит полночью
Среди могил на старом прицерковном кладбище;
Узрев его, вопи, – век не дождёшься помощи.
 
И только я не раз встречал луну в тех зарослях,
Где находили части тел животных жертвенных;
Скакал сквозь плети роз и дикого физалиса,
В надежде – сблизиться, хоть в чём-нибудь, с блаженными...
 
Зачем святому я об этом стал рассказывать?
Он – как никто – умел оправдывать проказников.
 
 
 
 
Ноктуарий**
(Беседа No 133 из цикла Жития Св. Феодосия)
 
“Я не прошу о большем; мне достаточно и этого:
Одной пригόршни дней, что из руки текут, песчинками,
И неподдельно-страстных поцелуев юной Эмили,
Чьи письма в зимних сумерках так сладко перечитывать.
 
Я снова вижу склоны гор, дорогу, виноградники,
Известный каждому пейзаж с трактирами, давильнями...
И море, чей лазурный цвет не может глаз не радовать,
И Эмили – под ветками цветущей бугенвиллеи.
 
И сколь бы ни был след мой мал – в сравнении не с вечностью,
Но с индивидуальным остановленным мгновением,
Мне и его достаточно, – того, где летним вечером
Я оказался вписанным в пространство, вместе с Эмили.”
 
Закат в окне давно утёк – пластами туч оранжевых,
А Феодосий всё молчал, мне голову поглаживал...
 
 
 
 
Осенённые музами
(Беседа No 134 из цикла Жития Св. Феодосия)
 
Модест Петрович, с чувством déjà vu,
Закончил свою Пятую симфонию.
Любимец прессы был давно не юн
И часто щеголял 'большими формами'.
 
Святой спросил – как ноты на листах
Предвосхищают восхищённых зрителей?
Модест Петрович – в ярости – привстал
И тут же попытался, смехом, скрыть её.
 
“Не всякий зритель – умственный рахит,” –
Модест Петрович расстегнул две пуговки, –
“Бетховен, даже будучи глухим,
Мог наблюдать рукоплесканья публики.”
 
Святой кивнул, заметив непреклонно:
“Но разве в этом есть разрыв шаблона?”
 
 
 
 
Узники атмосферы
(Беседа No 135 из цикла Жития Св. Феодосия)
 
Надвинулись пухлые тучи, и в городе стало темно.
И птица под крышей, с карниза, заглядывает к нам в окно.
У птицы намокшие перья, и клюв плотно к телу прижат.
И мы с Феодосием смотрим, с шестнадцатого этажа,
 
На толпы встревоженных сильным, внезапным весенним дождём:
Фигурки снуют, суетятся, надеясь – он скоро пройдёт.
Подъехал набитый автобус, в стеклярусе скачущих брызг,
И ждущие, ухнув как совы, полезли на штурм: дождались!
 
Святой наливает мне чаю, приносит вишнёвый пирог,
И мы продолжаем беседу. Застигнут ненастной порой,
Внизу расстилается город. Текут вереницы огней...
Планктон продолжает кружиться – в искусственном фьорде, на дне,
 
Спешит забежать – в магазины, в сухие каюты машин,
В метро, под навесы и арки... А мы никуда не спешим.
 
 
 
 

* Краткий филологический комментарий (ЧГ)

Кáвен (в англ. coven) – группа ведьм (колдуний), занимающаяся некими чернокнижными практиками, либо само собрание (встреча, как конкретное событие) этой группы ведьм (колдуний), как правило, происходящее ночью. В отличие от термина "шáбаш", принятого в славянской терминологии, кавен во втором значении (собрания ведьм) не обязан означать особенно торжественное и важное событие, непременно сопровождающееся многочисленными ритуалами жертвоприношений, танцев, пиршеств и совокуплений с дьяволом, а носит значительно более общий (и нейтральный) характер. Если речь идёт о группе ведьм, то нередко имеется в виду сообщество из 13 членов. В своём современном значении термин кавен существует приблизительно с xvi-xvii вв., происходя, вероятно, от старофранц. covin, в свою очередь заимствованного из латинского convenīre (собираться вместе). В современных русскоязычных источниках нередко неверно записывается как ковен, однако правила англоязычного произношения совершенно однозначно диктуют необходимость фонетической записи "кáвен", а поскольку термин является прямым заимтвованием и устоявшихся аналогов в славянских языках не имеет, то единственно-возможным грамматически оправданным вариантом является использованный нами кавен.

 

 

** Примечание (ЧГ)

Ноктуарий – журнал (дневник) происшествий в ночное время, или, в более широком смысле, – сами записи о происшедшем ночью.