Рейтинг публикаций

Мне помогает – просто знать, \ как ты бросался на кровать, \ как просыпался утром рано \ и за пейзаж хватался рьяно, \ чтобы до точки распознать, \ где форте охры, где – пиано... \ И невозможно не грустить, \ и нужно всем и все простить \ за то, что, без ума и босый, \ там, где к утру созрели росы, \ любил Ван Гог ходить-бродить.

И друг — не друг, и враг — не враг. \ Мой новый бог из старых саг. \ А завтра что, Авессалом? \ Кто под крестом, кто под стволом? \\ И дух — не дух, и плоть — трава. \ Цветут акаций острова. \ Не оборвать, не растолочь. \Узор огней венчает ночь. \\ И жизнь — не жизнь, и смерть — не смерть. \ Всё кверх ногами сочесть. \ Персты проворны и грубы — \ Прядите, мойры, нить судьбы.

Для большинства этот, с позволения сказать, зачёт был пустой формальностью. Но только не для моей особы. Надо сказать, что в группе меня не любили. До этого зачёта я об этом не подозревала. Жила себе тихо своей внутренней жизнью и никого не трогала. Как-то так получилось, что я ни с кем из этой группы близко не сошлась. Это ведь происходит обычно само собой, не подойдёшь ведь, не скажешь: «давай дружить».

От Нади сохранилась её фотография – с той поры, когда наш класс дежурил на Мемориале Славы. Моя зазнобушка медленно идёт по аллее с памятными плитами по бокам, золотыми надписями на них и цветами. На ней форменная курточка с блестящими пуговицами и комсомольским значком; на волосах беретик чуть набекрень; на ногах белые гольфы, чёрные лакированные туфельки и юбка того же цвета, значительно выше колен. Позади неё Вечный Огонь и обелиск, за ними парапет над высоким обрывом. А дальше видна тускло-серая плоскость, резко отделённая от светлого пространства вверху – это конечно лиман. Будто по сговору уместились тут и щемящее для меня человеческое, и такое же потустороннее.

сегодня пятница и остаётся только ждать \ заката ждать и ни во что почти не верить \ считать надуманные, но вполне себе потери \ и джем намазывать на чёрствый круассан...

...многослойное произведение, который хочется постепенно распаковывать и расшифровывать. Одного просмотра явно недостаточно. Герои красуются философскими терминами, диалоги стремительны, далеко не за всем возможно уследить. Это делает работу режиссёра Луки Гуаданьино более интригующей, но одновременно и более проблематичной

На поляне отдохну от неудач. \ Соберу чудесных ягод по пути \ И вернусь к тебе, родимая, не плачь. \ Я вернусь и подарю тебе зарю. \ И росой умою, усадив в цветы. \ Расскажу тебе, как я тебя люблю. \ А потом мне обо всем расскажешь ты. \ Не пылите, не пылите, сапоги. \ Путь-дороженька, веди меня домой. \ Радость милая, вперед меня беги \ К моей ласковой далекой и родной.

Что только о вас не писали, о-о, «национальное достояние Швеции»! В 1991-м в вашу честь в Дании даже создали сорт роз Astrid Lindgren... Мировая звезда – и не просто какая-то там ледяная «звезда»: любимица, защитница, добрая фея! Сколько исследований вам посвящено, сколько опубликовано интервью, сколько снято фильмов… Зачем же ещё и автор этих строк перетряхивает детали, что тщится найти в том числе на Далагатан, 46? Почему гуляет да гуляет себе с экрана по стокгольмской вашей квартире?..

"...саратовцы к ссыльным относились с опаской и без симпатий. Они заняты были чем-то другим – не политикой и уж во всяком случае не литературой. Чем же? Я не улавливала. "День да ночь – сутки прочь". Ходили они "на службу", "зарплата", а не работа; дома они о службе почти не поминали, дома жили какою-то странною смесью церковных и советских праздников; "перед праздниками", "после праздников"; да еще истово "справляли" именины и дни рожденья... Я же с детства привыкла, что кругом работают, работают страстно ("литература отпусков не дает", говорил отец); меня и братьев Корней Иванович сызмальства приучал работать..."

не слишком крепкий кофе и Российский сыр \ и больше ничему уже вовек не удивляться \ лишь подозвать танцующего в темноте паяца \ чтобы он суть своих движений пояснил...

Творчество Соролья - яркий пример индивидуальности и традиции, которая становится неимоверно современной на данном этапе развития живописи и ультра-современных средств ее демонстрации.