Рейтинг публикаций

Не люди и не то, что с ними связано являются объектами исследования, а глобальные абсолютно автономные объекты. Так понятые объекты субсистируют друг с другом за пределами наблюдателя-человека. Для этих субсистенций люди не нужны, они им иррелевантны. Рефлексия по поводу людей (человека) является устаревшей экзистенциальной философией, которая продолжается не благодаря самой себе, а благодаря административному ресурсу, ангажированности или идеологическому регулированию.

Семья, школа, двор, улица – эти пространства слишком задействованы первобытной и родовой матрицами, так что сегодня одним из первых топосов, в котором происходит реализация современной матрицы и, соответственно, накопление субъектного опыта, – это виртуальность, освоение единого информационного пространства, в котором каждый человек представлен и действует как "абстрактный субъект" или существо без тела, пола, имени, семьи, личной истории, социального положения, родины и т.д.

Иди ко мне, мой волк, мой самый страшный волк, мой самый серый волк, легла я на краю, \ но не тащи меня в Париж, в Рим и в Нью-Йорк, живи в России ты! Твоих глаз синь люблю! И \ тинь-тинь-тинь синиц, и песню, что во рту! Здесь батюшка-герой на Белоярской ТЭЦ. \ Ему малышкой я, как мяч по животу, любила прыгать вверх, на то он и отец! Да, вся Россия \ нам один сплошной рубец, да вся Россия нам сплошной под сердцем шрам! Но всё равно вот здесь с высоких нам \ крылец виднее солнца всплеск, прямей дорога в храм!

Распад Советского Союза, сопровождавшийся националистической эйфорией в большинстве бывших советских республик, оживил процессы нациогенеза... Новая геополитическая ситуация, возникшая на этом пространстве, поставила вопрос о способах создания новых государств и тех политических и идеологических технологиях, при помощи которых эта цель может быть достигнута.

...Мы три тысячи лет вместе, можешь меня не обманывать. Расскажи!
Нора посмотрела на ногти, подцепила один другим и ответила, не глядя на мужа:
– Они предложили мне смертного ребёнка…

Водка с волком, игры с тигром \ Лучше б зебра и жираф… \ Слева Ирод, справа Ирод, \ Посредине Голиаф... \\ В той компании и жили, \ Жили-были, выживали… \ Даже бешеных рептилий \ Кротостию побеждали, \\ Неизбежный пряча страх \ В несгораемых шкафах… \\ Эра каторжного строя… \ В бурях лжи – любовь и вера… \ Люди каторжного века, Комсомольских всяких строек, \ В дни беды, войны, тюрьмы \ Были люди – не как мы… \\ Наш удел – пустые вздохи, Им – свобода и венец, \ Людям каторжной эпохи, \ Людям пламенных сердец.

В нём было нечто от ветхозаветного пророка, обличающего нравы – в том числе правителей; но обличения эти, делая яснее некоторые кадры яви, не изменяли реальность, увы…

...человек никогда не имеет дело со стерильными ситуациями, то есть предметность созерцания имеет сращенный, сгущенный, феноменальный характер! Предметность феноменальна, то есть неоднородна, разнообразна, полна искажений, сгущений, замещений...

...мы предполагаем, что «Алетейя» и «Докса», представляя собой два несводимых друг к другу способа описания одной реальности, необходимы для формирования адекватной картины этой реальности. Существенно, что «Алетейя», объявленная Парменидом истинным знанием, является, по сути, нерефлексивным взглядом чистого νὸος, видением истины, νοεῖν[1] (пусть и не без оговорок).

Если посмотреть на течение жизни человечества в его развитии, то оказывается, что оно идет с ускорением, которое всё более уплотняет основные фазы этого развития – от рабовладельческого до капиталистического. Более того, еще до возникновения цивилизации живой мир так же развивался с ускорением, но в более медленном темпе. Причины этого явления до сих пор не установлены. Ниже мы попытаемся это сделать.

Веранда каменного дома. \ В лимонной изгороди – донна, \ По шейку белую в луне. \ Ах, как же не хватает мне \ Тепла Флоренции знакомой \ В сырой и серой стороне! \ Где снега нет давно, а в доме \ Сердечный царствует мороз. \ И грелка мне осталась, кроме \ Дель арте-стариковских слёз.