Рейтинг публикаций

… само слово «здоровый» – от древнерусского «дорво» – дерево, то есть сильный и мощный, как дерево.

Было время — процветала. // Было время — отцвела. // Было время — шум металла, // Лязг крыла.

Достоевский придавал огромное значение субъективному ощущению человеком времени. Важнейшим типом художественного времени его романов стало субъективное время героя, которое определяет ритм образа. Субъективное время одного героя подчиняет порой субъективное время другого. Все это создает особую форму «сцепления» у Достоевского.

...что не вытерпит младенец, родившийся весом с небольшую кошку от отца с неправильным развитием...

И самый немощный тяжкую ношу несет. И эта тяжкая ноша суть немощь его.

Что этот же самый мир продолжает жить и здравствовать в других сознаниях, для угасающего сознания попросту безразлично, ибо никому не под силу выйти за пределы себя самого, дабы непосредственно отождествиться с тем или иным существом, от него отличным. То же, что не подлежит ни пространству, ни времени (а именно вещь саму по себе — всеединое существо мира, не имеющее ничего вне себя), как раз и следует именовать нашей самостью, которую можно с полным на то основанием считать вечной, несотворенной и неуничтожимой.

Две вещи не перестают удивлять и меня: Кант над нами и Фрейд внутри нас.

...Современный неолиберализм – это идеологический инструмент преобразования мировой экономической элиты. Если «до неолиберализма» элита, по крайней мере – в центре мировой экономики, т.е. на Западе, была встроенной в структуру общества и обеспечивала цивилизационное господство центра, то сегодня эта элита стремится дистанцироваться от всех типов почвы. Всё, что связано с конкретными регионами, территориями, землями имеет для неё значение не в качестве неисчислимой, священной ценности, а в качестве ресурсов, подлежащих изъятию и эксплуатации.

Идея исключительной «философичности» русского слова весьма актуальна. Сегодня она очень востребованная нашим обществом. Косвенным подтверждением актуальности этой идеи стал нынешний беспрецедентный по массовости, стихийный, часто очень наивный интерес к истокам русского языка людей, весьма далеких от академической, явно прозападно настроенной лингвистики и потому враждебной им. Именно в истоках русского языка и в его глубинных смыслах люди хотят видеть ответ на вечные философские проблемы.

Миссия Малахи — путь проторить, что напоминает знаменитый голос, в пустыне зовущий: «Торите Господу путь, ровняйте в пустоши нашему Богу дорогу».

О Шимшоне сказано, что судил он Израиль, но уж очень этот герой одинокий — странный судья, о себе пекущийся, врагов на землю свою навлекающий, судья, которого соплеменники хотят выдать врагам.

Люди не хотят быть теми, кто они есть (...) Они хотят быть на рупь дороже. И врут, врут о себе. Хотя… о других тоже врут.