Рейтинг публикаций

Быкорожев снова пьян пришел домой. // Тень заката его за руку вела. // Нынче март попер совсем-совсем гнилой – // Ни прихода, ни оргазма, ни тепла. // Старый госпиталь зарос рассадой дыр, // В каждой зыблется пожухлая вода. // Витражи полуразрушенных квартир // Пациентам ненадежная тюрьма

Память наша осталась.

...что же такое эта книга про беспризорных детей? Это гимн победившей стране, её бессмертному народу, прошедшему через все муки и мытарства? Или это документальное свидетельство, обличающее тёмное и страшное в человеке, всё то, что захлестнуло страну, растоптанную ущербными психопатами и людьми с ромбами в петлицах? И так, и так – к нашему счастью.

А есть ли душа у этих персонажей, или они просто тщательно выверены? Нет ли гибели души в этом постоянном становлении и силе духа женского образа, так отчетливо утверждаемый Ниной Берберовой? Имеет ли право на существование столь механистичная трактовка бытия?

Время, когда одной ногой ты еще стоишь в школьном детстве, а другой уже начинаешь запутываться в жизни взрослых, теряясь в коммуникациях мегаполисов, чтобы разыскать в них какое-нибудь местечко для себя, где можно временно приткнуть голову. Время, когда ты начинаешь привыкать к мысли о том, что все в этой жизни временно и непостоянно. Вместе с тем это время, когда тебе все удается сделать впервые...

…настоящий и законченный идеализм есть идеализм не эмпирический, а трансцендентальный, поскольку он не оспаривает за предлежащим миром его эмпирическую реальность, но при этом показывает, что эта реальность не безусловна…

В середине лета к нам в вагон заходят бичи, просят воды, банку, кипятка, закурить, командир \ Они идут на восток, в Канск или Иркутск обычно \ Когда едем на объект у развилок сидят жители окрестных деревень \ Продают клубнику или грибы, я вижу их лица \ Бывает отворачиваюсь \ Отворачиваюсь и наталкиваюсь на кресты в поле \ Кресты и иные памятники \ По одному на два километра в среднем с той и другой стороны

Весной, когда ночи становятся невыносимо лунными, пожилые домохозяйки одна за другой заболевают странной болезнью.

...главное правило новой правильности – отсутствие правил. Достигать этого неправильного недостатка мы собираемся посредством процедуры деканонизации. Мы здесь не придумываем ничего нового. И докажем дальше, что деканонизация уже существует внутри наших чувств и практических действий. В России сомнения относительно настоящей правильности начались «Философскими письмами» П. Я. Чаадаева. И вот по причине обычной правильности тех времен, со слов А. А. Лебедева, «Все его мысли наперед были высочайше объявлены недействительными»[iv]. С чем, заметим попутно, мы решительно солидарны.

Птицы на фонарях, Тоже всегда летучих. Моря стальной обхват, Громкий, живой, шипучий.

Иногда, словно ветром, приносит (как облака) вот такие лёгкие и воздушные тексты. За которыми жизнь, целая жизнь, пространство чужой жизни. Как единственная возможность узнать, понять или поучаствовать в чужой жизни. Классические катрены с посвящениями сыну или певице, постоянно поминаемые облака... гармония с природой как знак гармонии внутри себя. Мы соприкасаемся с другими людьми вот так - по касательной. Недавно умерший Морис Бланшо писал: <По всей видимости, в искусстве мы начинаем хоть что-то понимать, когда испытываем нечто такое, что хотелось бы обозначить словом <одиночество>.

У храма, где тёплой иконой \ На царство венчались цари, \ Солдаты срывают погоны, \ Счастливые, как упыри. \\ Девический визг раздаётся \ И хохот, и пьяная брань… \ И Всадник в лазури несётся, \ Простёрши железную длань.