Рейтинг публикаций

...это чреда изображений (скажем, рельефов) или же ряд скульптур, или колонн более или менее тождественных. В принципе он не имеет конца (бесконечен). Этот ряд сливает место и время. И притом таким образом, что время-местная очередность оказывается телесной и как таковая сподручной. Она размещает человеческое существо внутри себя, как бы присваивая его. Способность к присвоению – сущность орнамента.

Человек – поэт, философ и учёный. Он юродствует в театре Абсолюта, наиграно актёрствует в себя до драмы, до скрежета зубов, до карусели ненависти и любви, превращая свою корону в шутовской колпак и наоборот. Он живёт в снежных лабиринтах образов, охлаждает чувство до мысли, плавит снег слов до льда созерцания и разбивает его на кристаллы познания. Он верит в истину, в нечто окончательно твёрдое, желает добраться до первокирпичика жизни, до Иллюзиониста и его длинной бороды, преобразить волю к жизни в волю к истине, к вечной власти над ней, мечтая вернуть себе Своё же.

Питер Брейгель был прав: мы по жизни бредем, как слепые

От безумства сердцебиения

Злоба. Тупая злоба. // Барашки! // Глядите в оба!

Утопия далеко не всегда способна предложить обществу сценарий для своей самореализации, но она всегда способна рассказать о том, чего именно обществу необходимо добиться. В этом контексте Утопия – это конкретизация и рационализация общественного идеала.
Общественные представления о будущем, характеризуя вектор становления системы, не являются, тем не менее, реалистичным отображением её действительных возможностей. Скорее, такие представления можно охарактеризовать как род иллюзии (самообмана), но, при этом, такая иллюзия выполняет конструктивные функции: она задаёт вектор становления системы.

...выходит, что буржуазная жизнь, которую я с детства презирал за приземленность идеалов и отсутствие художественного вкуса, имеет-таки свои преимущества, ибо максимально отличается не только от общества, где студентов гоняют в колхоз, а начальство прикреплено к пайкам, но и от той благородной старины, которую описывал Тургенев и к которой я считал себя сопричастным, благодаря семейным рассказам и сложившимся пристрастиям. Тонкая материя...

…настоящий и законченный идеализм есть идеализм не эмпирический, а трансцендентальный, поскольку он не оспаривает за предлежащим миром его эмпирическую реальность, но при этом показывает, что эта реальность не безусловна…

Пульсирующей вереницей возникали бесконечные события, а в их центре был Алёша – живой и всевидящий.

Если выражаться образным языком теизма, можно сказать и так, что провидение, имея в виду наше истинное и высшее благо, позаботилось о том, чтобы у нас были все силы, необходимые для того, чтобы к этому благу приобщиться...

Рабу не нужна воля, рабу нужны вольности.