Рейтинг публикаций

У нас всё нутро – «взвейтесь, ночи, кострами!» \ По клюквенным жилам течёт Янка Дягилева \ к нетленной своей Богоматери-маме! \\ Глаза у неё невозможнейше синие! \ И город мы Горький зовём самым сладким! \ И коль помирать, только лишь за Россию нам, \ и коль возноситься – всегда за Россию нам \ с такой же звериной и птичьей повадкой!

В своем первом поэтическом сборнике Бенедикт Лившиц провозгласил себя последователем древнегреческого флейтиста Марсия, который вызвал на состязание кифареда бога Аполлона и за это поплатился жизнью. Слова поэта стали пророческими: ему тоже пришлось пройти сквозь страшные муки.

…больница, вот такая, вот, странная подготовка перед карантином. Больница – «по скорой», в детское инфекционное отделение. Простой грипп, а потом – нога, и так быстро все, что, когда Сереженька оказался на каталке, она просто глазам своим не верила. Снова – капельницы, палаты.

...под «Богом» следует понимать своего рода ядро нашей самости, которое, будучи скрытым для нашего эмпирического сознания, образует реальный центр тяжести нашего земного существования, незримое присутствие которого в том, что мы делаем, как и в том, что нами испытывается, придает нашему присутствию в этом мире наивысший смысл.

...русский рок представляет собой сегодня жалкое явление с непомерно раздутым самомнением, лучшие дни которого остались далеко в прошлом.

– И все-таки она вертится, – сказал он.

Как только осуществим подъем Атлантиды, сразу же объявим ее российской территорией и будем защищать ее жизненные интересы...

Смех рабби Акивы — обретение точки опоры, результат самоотстранения от ситуации и себя самого. Потребность смеяться человеку свойственна изначально, она сравнима разве что с инстинктом самосохранения. Слёзы — реакция на горе (в нашем тексте именно слёзы уместны), смех — реакция на радость. Чему же радуется герой? Исследователи говорят о когнитивном смехе, вызываемом вскрытием логического противоречия: ошибочный ход мысли прерван, и — озарение.

Невольно подставляешь горсть, \ качаешь на своей ладони \ лиловую тугую гроздь \ на память о далёком доме... \\ шестнадцатиквартиный дом – \ два этажа и два подъезда – \ и за сиреневым кустом \ отверста мировая бездна.

Калмыков давно уже хотел вовсе отказаться от городского стационарного телефона, превратившегося в ненужный пережиток прошлого, – но все ленился и откладывал.

Давай же, выйди на балкон, \ поставь пустой стакан на подоконник. \ Вселенная наполнена дождём и грустью, \ дождём и грустью, \ грустью и дождём.

Смерти нет потому //Можно тянуть в ширину, // Что расстоянья все вверх, // И никогда в глубину. // Можно лежать и петь, // И обрастать твоей // Долгою будто смерть // Анатомией всей.