Рейтинг публикаций

Название "Менестрель" как нельзя лучше подходит альманаху, собравшему среди своих стен и под своею крышей талантов разных, исповедующих различные поэтические "веры", объединённых только одним – талантом.

Ждать на востоке новую Звезду // В мечтах способен // лишь такой чудак // Как я

Всякий аристократический ум и вкус, желая высказаться, выбирает себе своих слушателей, выбирая этих (и именно этих), он в то же время ограждает себя от других.

В деревне, на севере, живёт старик. Он одинок и никто не греет его ног. Никому не нужен его титаник, спрятанный в складках шёлковых панталон. Никто не трогает его мохнатых бровей. Никто не промокает влажных глаз подолом пёстрой нагойской юбки. Целыми днями смотрит старик в окно. Но ничего не видит в окне.

Наличие двух миров в поэтическом ландшафте романтизма актуализирует идею конфликта между желаемым и реально достижимым, между личными «хотелками» и законами мироустройства, хотя прагматик не увидит в метаниях романтического героя ничего, кроме «девичьих страхов» или неумения владеть собой.

...это чреда изображений (скажем, рельефов) или же ряд скульптур, или колонн более или менее тождественных. В принципе он не имеет конца (бесконечен). Этот ряд сливает место и время. И притом таким образом, что время-местная очередность оказывается телесной и как таковая сподручной. Она размещает человеческое существо внутри себя, как бы присваивая его. Способность к присвоению – сущность орнамента.

У каждого наступает день, когда хочется вернуться назад и там остаться.

Утопия далеко не всегда способна предложить обществу сценарий для своей самореализации, но она всегда способна рассказать о том, чего именно обществу необходимо добиться. В этом контексте Утопия – это конкретизация и рационализация общественного идеала.
Общественные представления о будущем, характеризуя вектор становления системы, не являются, тем не менее, реалистичным отображением её действительных возможностей. Скорее, такие представления можно охарактеризовать как род иллюзии (самообмана), но, при этом, такая иллюзия выполняет конструктивные функции: она задаёт вектор становления системы.

Настоящий эпицентр внутренней практической русофобии интегрирован в структуры российской государственности. При этом он не локализован в каком-то одном структурном подразделении. Форма его присутствия в государственном организме подобна вирусу, наличие которого можно обнаружить везде. Это касается не только разных ветвей центральной власти. Региональные государственные структуры заражены русофобией не меньше, чем центральный аппарат.

...он стал частью некоего гипер-текста о шестидесятых, т.е., по сути, частью литературного предания. По отношению к «Vanilla Fudge» можно с полным правом сказать: было и прошло. С позиций внешнего наблюдателя история кажется грустной. Но самого Богерта она уже не интересует и не затрагивает. Он сам превратился в фантом, в строчку в музыкальном справочнике. Тим Богерт умер.

Задача трактата заключается в том, чтобы наглядно показать и аргументированно доказать, что аппарат метафизики вполне способен продуктивно работать с тем содержанием, актуальность которого сегодня нельзя игнорировать. Что невключенность этого содержания в дискурсивную канву метафизики, возможно, является одной из причин ее несостоятельности.