Рейтинг публикаций

Люди не хотят быть теми, кто они есть (...) Они хотят быть на рупь дороже. И врут, врут о себе. Хотя… о других тоже врут.

Сегодня наша группа в последний раз выйдет на боевые и больше не вернется сюда. И все, кто знал нас в этом селении, будут считать нас погибшими. Кто-то с печалью воспримет эту новость, а кто-то, может, и с радостью. Но как это относится ко мне?

когда бы в завтрашнюю воду \ пустить живых вчерашних рыб \ когда бы время оживить \ без унизительного ввода \ паролей прячущихся цифр \ и прочих знаков нездоровья \ тогда бы может ни коровы \ не заблудилось ни овцы \ на тощем склоне бытия \ щипая призрачную травку \ и не задумал злого брат твой \ и ты б себя не потерял

для четырехлетнего ребенка она ведет себя более чем странно. Надо что-то делать, пока не поздно.

...Современный неолиберализм – это идеологический инструмент преобразования мировой экономической элиты. Если «до неолиберализма» элита, по крайней мере – в центре мировой экономики, т.е. на Западе, была встроенной в структуру общества и обеспечивала цивилизационное господство центра, то сегодня эта элита стремится дистанцироваться от всех типов почвы. Всё, что связано с конкретными регионами, территориями, землями имеет для неё значение не в качестве неисчислимой, священной ценности, а в качестве ресурсов, подлежащих изъятию и эксплуатации.

...стихотворение «Черный хлеб» отражает духовный опыт жителей Донбасса, которые столкнулись с украинской армией в 2014 году. Осмысляя пережитое, поэт актуализирует смыслы, рожденные Великой Отечественной войной и сохраненные в культурной памяти русского народа.

...где тут большинству наших соотечественников выбрать время для чтения гармоничной прозы, чтобы поднимать свой нравственный уровень, – иные заботы одолели: всё жёстче сжимаются тиски торговой кабалы, засасывает в смрадное болото «тина мелочей», заплывает телом душа… Законами дикого кланового олигархического рынка граждане России ввергнуты в звериную борьбу за существование. Многие находятся за чертой бедности, большинство людей поглощены элементарными проблемами выживания: как оплатить постоянно нарастающие суммы налоговых уведомлений и квитанций ЖКХ, на чём сэкономить до скудной зарплаты, до нищенской пенсии… До литературы ли тут?

Будет холод. Ведь лето настанет, \ и потянет его холодком. \ Я дождусь воробьиную стаю, \ обопьюсь воробьёв молоком. \\ Это будет случайная нежность, \ если ты оседлаешь карниз, \ и увидишь покой и безбрежность, \ посмотрев или вверх или вниз. \\ Сидя молча, качая ногою, \ чуть блажная, хмельная слегка, \ ты поймёшь - наступило другое, \ воробьиного ночь молока.

«Что наша жизнь – игра, и кто ж тому виной,
Что я увлекся этою игрой.»

Иногда, словно ветром, приносит (как облака) вот такие лёгкие и воздушные тексты. За которыми жизнь, целая жизнь, пространство чужой жизни. Как единственная возможность узнать, понять или поучаствовать в чужой жизни. Классические катрены с посвящениями сыну или певице, постоянно поминаемые облака... гармония с природой как знак гармонии внутри себя. Мы соприкасаемся с другими людьми вот так - по касательной. Недавно умерший Морис Бланшо писал: <По всей видимости, в искусстве мы начинаем хоть что-то понимать, когда испытываем нечто такое, что хотелось бы обозначить словом <одиночество>.

Не напрасно в асфальт одинокая церковь вросла ведь! \ Мне бы только успеть в оправдание прежних щедрот \ Этот воздух в слова перелить и восславить \ Наступающей осени праздничный переворот. \\ Потому что и нам, неспроста обреченным на зависть \ К этой мертвой листве, излучающей радостный свет, \ Нужно долго терпеть и хранить драгоценную завязь, \ И однажды понять, что ни старта, ни финиша нет.

Гиацинтами пахло в столовой, \ Ветчиной, куличом и мадерой, \ Пахло вешнею Пасхой Христовой, \ Православною русскою верой.