Рейтинг публикаций

Время, когда одной ногой ты еще стоишь в школьном детстве, а другой уже начинаешь запутываться в жизни взрослых, теряясь в коммуникациях мегаполисов, чтобы разыскать в них какое-нибудь местечко для себя, где можно временно приткнуть голову. Время, когда ты начинаешь привыкать к мысли о том, что все в этой жизни временно и непостоянно. Вместе с тем это время, когда тебе все удается сделать впервые...

...допустим, организации нам машинки без согласования с западными немцами не продадут. Но мы ведь можем просто купить эти машинки в магазине, как обычный ширпотреб. Нам 5 штук за глаза хватит. Вот как раз 5 человек и должны поехать в Чехословакию и привезти эти машинки.

Сегодня наша группа в последний раз выйдет на боевые и больше не вернется сюда. И все, кто знал нас в этом селении, будут считать нас погибшими. Кто-то с печалью воспримет эту новость, а кто-то, может, и с радостью. Но как это относится ко мне?

...Три патрона в последней обойме и граната. Все мое преимущество. Все ближе и ближе с осторожностью гиены боевики подбирались к моему убежищу. Один не дошел. Патрон и граната. Но они решили не рисковать. Выстрел из РПГ отбросил меня от скалы…

...я занимаюсь art-диалогами с разного рода ботами. И вот как-то спонтанно я зацепился со знакомой сетевой программой.

Настоящий эпицентр внутренней практической русофобии интегрирован в структуры российской государственности. При этом он не локализован в каком-то одном структурном подразделении. Форма его присутствия в государственном организме подобна вирусу, наличие которого можно обнаружить везде. Это касается не только разных ветвей центральной власти. Региональные государственные структуры заражены русофобией не меньше, чем центральный аппарат.

...что не вытерпит младенец, родившийся весом с небольшую кошку от отца с неправильным развитием...

...где тут большинству наших соотечественников выбрать время для чтения гармоничной прозы, чтобы поднимать свой нравственный уровень, – иные заботы одолели: всё жёстче сжимаются тиски торговой кабалы, засасывает в смрадное болото «тина мелочей», заплывает телом душа… Законами дикого кланового олигархического рынка граждане России ввергнуты в звериную борьбу за существование. Многие находятся за чертой бедности, большинство людей поглощены элементарными проблемами выживания: как оплатить постоянно нарастающие суммы налоговых уведомлений и квитанций ЖКХ, на чём сэкономить до скудной зарплаты, до нищенской пенсии… До литературы ли тут?

Калмыков давно уже хотел вовсе отказаться от городского стационарного телефона, превратившегося в ненужный пережиток прошлого, – но все ленился и откладывал.

а из-под ёлки глазки \ внимательно глядят... \\ остывшие рожки в тарелке вилкою степенно ковыряю \ и называю эти глазки – милый мой, несмелый враг...

Томящиеся в застенках Хармс и Введенский и не догадываются, что их судьбой теперь распоряжается В. Р. Домбровский, еще недавно любезно потчевавший их коньяком и голландским сыром. Он подписывает обвинительное заключение на несчастных узников. А вечером, усталый, идет домой, где его встречает обаятельная Генриэтта Давыдовна...

И самый немощный тяжкую ношу несет. И эта тяжкая ноша суть немощь его.