Рейтинг публикаций

В те исторические мгновения, когда разрушался земной Иерушалаим, над бесконечностью небытия взошёл Иерушалаим небесный и исчезнувший земной освятил.

...она была совсем не похожа на ту спокойную, сдержанную женщину, которая четыре дня назад вместе со мной гуляла по Лувру, а позавчера приехала в посольство вместе с мужем для продления визы.

Тут можно было, прилипнув носами к стеклу аквариумов, видеть медленно плавающих заморских диковин, эти цветастые хвосты, это чудо живой природы… А джунгли аквариумных трав, растений… Было на что посмотреть! И глаза наши разбегались.

вы не ищите здесь морали \ вы не найдёте здесь морали \ здесь и не может быть морали \ я поучать вас не берусь \\ чтобы отвлечь вас от раздумий \ вас от безрадостных раздумий \ от унизительных раздумий \ я вам пою Макаров блюз

Мне нужно записать это, но у меня нет подходящего инструмента – ни ручки, ни гусиного пера, ни кисти. Тогда, не придумав ничего лучше, я ломаю себе бивень, макаю его в собственную тоску и вывожу первые строки на полотнах своего разума – это мое откровение о том, что было и что будет, о том, что случилось или еще только случится, как и о том, чего никогда не случалось.
Я помню, что вначале было слово. И слово это…

Я понял: дело не в Новом Году. Это просто Праздник. И те, кто отмечают Праздники, просто составляют собой информационное большинство, заставляя всех поверить в это что-то и испытывать небывалый эмоциональный подъём от внезапно наступившего мгновения счастья.

Не знаю, входит ли «Детство» Вадима Андреева в список обязательной литературы для изучения в педагогических училищах и вузах, но, если нет, его следует включить туда обязательно.

...главное правило новой правильности – отсутствие правил. Достигать этого неправильного недостатка мы собираемся посредством процедуры деканонизации. Мы здесь не придумываем ничего нового. И докажем дальше, что деканонизация уже существует внутри наших чувств и практических действий. В России сомнения относительно настоящей правильности начались «Философскими письмами» П. Я. Чаадаева. И вот по причине обычной правильности тех времен, со слов А. А. Лебедева, «Все его мысли наперед были высочайше объявлены недействительными»[iv]. С чем, заметим попутно, мы решительно солидарны.

А мы все... в известной степени свинопасы. (Смеется.) Уж для меня точнее определения не придумать… Свинопасы. Толковые, бестолковые, талантливые, бесталанные, по призванию или заблудшие – все одно свинопасы. И в семье, и на службе… Раз уж коснулись этой темы, доведись мне фантастическим образом свинок обучать, вошел бы я в класс и прямо заявил – а научить-то мне вас нечему. Ибо в отличие от вас нет во мне гармонии. Мой мир истерзан сомнениями и скорыми переменами.

Животное удивило меня своими размерами: передние и задние лапы стояли на разных колеях дороги. Выходило, что оно имеет не меньше полутора метров в длину.

Он стоял и смотрел на нас. Старый волчара, прошедший Афган, безжалостно муштрующий нас здесь и старающийся сберечь наши жизни в Чечне, с незыблемым авторитетом, с необычайной военной чуйкой – ас в своём деле.