Рейтинг публикаций

Человек – поэт, философ и учёный. Он юродствует в театре Абсолюта, наиграно актёрствует в себя до драмы, до скрежета зубов, до карусели ненависти и любви, превращая свою корону в шутовской колпак и наоборот. Он живёт в снежных лабиринтах образов, охлаждает чувство до мысли, плавит снег слов до льда созерцания и разбивает его на кристаллы познания. Он верит в истину, в нечто окончательно твёрдое, желает добраться до первокирпичика жизни, до Иллюзиониста и его длинной бороды, преобразить волю к жизни в волю к истине, к вечной власти над ней, мечтая вернуть себе Своё же.

От безумства сердцебиения

Можно было бы сказать, что такие концерты для музыкантов еще и своеобразная школа. Да только эти навыки в Тюмени, к примеру, вряд ли применимы, а в Москву, допустим, с этим ехать - как в Тулу со своим самоваром.

...процесс создания произведения схож с процессом зрительного восприятия, с тем, как мы видим окружающий мир. И вот здесь заключена вся интрига – та интрига, к которой, на новой стадии своей творческой эволюции прикоснулся Вугар Мурадов.

...нужны резервации для тех, кто в каких-то аспектах отрицает современность, и нужно, чтобы обитатели и элиты этих резерваций чувствовали себя в безопасности, не ожидая, что современность придет брать их осажденную крепость штурмом.

Было в нем и еще что-то, что не участвовало в реальных событиях, с интересом следя за его судьбой со стороны. Может, потому он еще и не надорвался, вовремя умея отключиться от всего вокруг, отвлеченно анализируя свои поступки и безучастно наблюдая за ними, нисколько не ассоциируя себя с тем, кто совершал их.

Пульсирующей вереницей возникали бесконечные события, а в их центре был Алёша – живой и всевидящий.

Книга Егория Простоспичкина выходит в издательстве «Colonna» на паях с «Митиным журналом». Называется она – «Разговоры с Донной Анной» и вскорости поступит в широкую продажу. Книжка вышла в серии «Сосуд беззаконий» следом за Берроузом и Башаримовым, а своё представление о ней вы можете составить по рассказу «Проклятие пирамид», который Дмитрий Волчек, например, считает лучшим из включенных в книгу.

Я снова и снова возвращаюсь к этому термину, так как именно на этом камне построено здание трансцендентализма, и этим же камнем оно раздавлено.

...мне захотелось поступить в вуз, надо было готовиться, а сидеть за учебниками после рабочей смены, это, мягко говоря, тяжеловато. И я решил найти непыльную работу – сторожа, например. Дал объявление в газету. Приписал еще: «Секс и гербалайф не предлагать». Типа пошутил.

Настоящая красота вовлекает в себя как в завершенность, как в полноту, в которую нельзя не вовлечься хотя бы по той причине, что полнота не будет полнотой, если кроме нее есть что-то еще. Коль скоро имеется законченное, то единственная возможность быть – это быть с ним заодно, быть через приобщение к нему, быть через его бытие.