Рейтинг публикаций

Его мучает вопрос: "Свобода, о которой мечтаю, ни окажется ли сменой одной тюрьмы на другую?" Тело "героя" ограничено его малыми способностями, а ум – стеной тайны. Он – одна из маленьких рыбок, плавающих в игре, в "аквариуме" Подсматривающего.

В одинаковых блочных домах // Был рожден современный вид // Человека.

Человек, пока ещё проживающий за пределами зоны действия Коммунизма и Православия, представляет себе земную жизнь совершенно неправильно: он полагает, что всякое его действие должно иметь некоторый логический результат.

Когда-то, еще мальчиком, я не в шутку пытался убежать к индейцам. Родители упорно не говорили мне откуда берутся люди, поэтому вся надежда была на индейцев. Когда побег мой не удался, меня наказали, а вопрос не решили. Потом я вырос, но так ничего и не узнал. Больше того, к первой тайне добавилась вторая. Дети не знают, откуда появляются люди, а взрослые – для чего.

Тихо в мире, я и ангел \ Серебрится за плечом. \ А на левом этот, врангель, \ Тот, который ни при чем. \\ Мы вдвоем молчим о главном. \ Тихо в мире, я и ангел \ Серебрится за плечом. \ А на левом этот, врангель, \ Тот, который ни при чем.

Пешка верит, что король режиссёр, ибо она не верит, что может им стать. Король знает, что он пешка, ибо не знает своего Я. Бог наблюдает за игрой, не помня Себя, а когда помнит, остаётся ни с чем. Абсолют лишь тогда Бог, когда становится игровой доской, когда снится Себе кем-то и чем-то, когда играет Собой. Именно игра разъединила Его на качества и количество, Он рассыпался на множество я, стал местом собственного сна и таинственным Сновидцем в душе Своих героев.

Отличительные черты, характеризующие вещь саму по себе, включая и то, что мы в ней усматриваем.

Явь Мисси была похожа на сон.

О Шимшоне сказано, что судил он Израиль, но уж очень этот герой одинокий — странный судья, о себе пекущийся, врагов на землю свою навлекающий, судья, которого соплеменники хотят выдать врагам.

Как естественное противостояние (...) ущемлению, унижению и насилию, автор-женщина появляется в Британии, да и в других странах, по большому счету, лишь в XIX веке, когда, сначала пишет свои произведения под мужским псевдонимом, как Джордж Элиот, а потом, как сестры Бронте, создает свою собственную традицию, которая, затем, продолжается, например, прерафаэлитами (Кристина Россетти), находит свое «третье» «Возрождение» в творчестве Вирджинии Вульф.

Поблагодарим и помянем дедов и отцов, защитивших Европу и Азию от еврофашизма.