Рейтинг публикаций

...я про радиостанцию «Маяк» говорю (хотя такого хватает и на телевидении). Его моё дачное радио пока лучше принимает из всех ещё говорящих радиостанций. Остальные пропикают несколько слов в новостях, а потом заводят музЫку. В основном западную попсу. В этом все эфэмы и «Маяк» схожи. Её они почти всегда называют великой, так же, как и всех её исполнителей.

Тут можно было, прилипнув носами к стеклу аквариумов, видеть медленно плавающих заморских диковин, эти цветастые хвосты, это чудо живой природы… А джунгли аквариумных трав, растений… Было на что посмотреть! И глаза наши разбегались.

Свобода человека не в духе, душе, воле, сознании или чем-то еще, а в выборе направления внимания.

Оценить по достоинству ситуацию, когда кто-то уступает себя тому, что проявило себя цельным бытием, можно только одним способом – ничего не оценивая, поступить точно так же. Всякий же, кто удержался от такого шага, вроде как оставшись наблюдателем, остался, на самом деле, в качестве слепца, который ничего не видит и не понимает.

Я все удивляюсь, как это менты нас не помяли. Впрочем, мы не сопротивлялись. Просто шли мимо, там, где не надо было. Не знаю, как Костя, а я был уверен, что, когда дыхну, стрелка лишь слегка наклонится или вообще не пошевелится. Ее же прибило к противоположному краю, словно ураганом. Я засунул часы и цепочку в носки, назвался идиотским вымышленным именем и с чувством выполненного долга прошествовал в камеру

...главное правило новой правильности – отсутствие правил. Достигать этого неправильного недостатка мы собираемся посредством процедуры деканонизации. Мы здесь не придумываем ничего нового. И докажем дальше, что деканонизация уже существует внутри наших чувств и практических действий. В России сомнения относительно настоящей правильности начались «Философскими письмами» П. Я. Чаадаева. И вот по причине обычной правильности тех времен, со слов А. А. Лебедева, «Все его мысли наперед были высочайше объявлены недействительными»[iv]. С чем, заметим попутно, мы решительно солидарны.

Мама и я – мы вовремя оказались рядом. Наверное, биологические часы работают точнее механических. Меня словно вновь окунули в материнские воды, я опять подрастал, а мама вновь вытягивала меня из родовой тьмы к живому свету.

Предоставление независимости Карабаху – единственное, что хоть как-то способно загладить вину мусульман Турции и Азербайджана перед армянским народом и обеспечить мiръ в Закавказье.

Когда эмпатичный человек сталкивается с действительностью, с ложью, с обманом, с корыстью, то в какой-то момент, преодолев все свои внутренние барьеры защиты психики от разрушения нарисованного образа, он все-таки доходит до осознания, что «царь-то не настоящий». И такого человека срывает. Тогда начинается «русский бунт, бессмысленный и беспощадный», где режут всех, и виноватых и не виноватых. Но природа этой неистовости не в том, что «Царь плохой». Режут за обман мечты. За разрушение того идеала, который человек построил в своей голове.

Довольно обширный ныне отряд космических путешественников держится на двух китах: первом человеке, поднявшемся в космос, и первом, вышедшим в открытую бездну (оставим в стороне рассуждения Циолковского о том, что космос абсолютно счастлив, и весь пронизан белым золотом драгоценных лучений).

O моей любви к магазинчику все родные знали. Однажды я сказала дочери, что сегодня в музей собираюсь, она мне ответила:
– В какой? В свой музей бракодела?