Комментарий | 0

Русская философия. Совершенное мышление 346. Плюсы и минусы трансценденции

 

 

 

 

Мамардашвили и Пятигорский стремятся избежать трудностей трансцендентализма, предполагая, что эти трудности возникают из-за так называемого «условия дополнительности», в соответствии с которым невозможно или некорректно пытаться описать то, что само является условием описания, а именно: некорректно теоретически (объективно) описать сознание, так как оно само является условием такого описания. Корректный выход им видится в мета-теоретическом способе «работы с сознанием»:

«Метатеория сознания есть то, что мы конструируем в нашей работе с сознанием, в нашей борьбе с ним. Главным для нас остается интерпретация понимания сознания «для нас».

Сознание может вводиться как некоторое особое измерение, в котором описываются мировые объекты и события. Измерение сознательного бытия накладывает какие-то ограничения на мировые события и объекты, условно помещаемые нами в сознание.

 Сознание может быть описано вне приуроченности этого сознания определенному индивиду. Сознание как универсальный метаобъект».

И так далее.

Как не крути, это продолжение чистого трансцендентализма, в котором решающей, однако скрытой от всех процедурой является переход или трансценденция от осознания к сознанию. Если мыслитель допускает возможность или даже необходимость такого перехода, то он – трансценденталист; поскольку же такой переход как нечто само собой разумеющееся воспринимает большинство из тех, кто размышляет на эту тему, то практически все являются трансценденталистами, что бы они о себе не думали. То есть каждый, полагающий наличие, действительность, существование сознания, знает он об этом или нет, полагает возможность и корректность перехода (трансценденции) от осознания к сознанию. Материалисты – тоже скрытые трансценденталисты. Оглушенные или восхищенные декартовским открытием когитации, философы бросились осваивать открывшиеся перед ними возможности, не заметив, что первый шаг же сделанный ими шаг от осознания к сознанию имел основание не в себе самом, а только в их стремлении построить как можно более полную, всеохватывающую картину мира. Картину мира-то построили, но на каком основании, так и не заметили.

Прыжок от осознания к сознанию был мотивирован тремя решающими обстоятельствами:

  1. Стремлением найти в человеке то, что могло связать его с богом. В начале Нового времени это было одной из самых актуальных задач философии (по крайней мере, именно так она сама себя тогда понимала).
  2. Стремлением найти в человеке то, что выделяло бы его из мира живых существ как существо особенное, подняло бы его над его материальной природой.
  3. Возможностью построить всеобъемлющее мировоззрение с соответствующей онтологией и гносеологией.

Были и другие причины, но этих трёх было вполне достаточно для того, чтобы мыслители того времени не задержались на открытии когитальности, а устремились в обоснование сознания как видообразующего признака человека со всеми вытекающими отсюда последствиями. Последующие 300 лет философы занимались именно этим, все больше и больше замечая, что чем более полной становится их картина мира, тем меньше она интересует науку, пока к концу 19-го века философия не оказалась на обочине развития человеческого познания. Не вывели ее из кризиса ни феноменология, ни экзистенциализм, ни структурализм, ни аналитическая философия, ни другие ее разновидности. Дело не в том, что им нечего было предложить, а в том, что они по-прежнему не отказались от совершенного их предшественниками перехода от осознания (когитации) к сознанию. Современная философия по-прежнему не отличает «человека осознающего (когитирующего)» от «человека сознающего».

Плюсы трансцендентного перехода я перечислил, тогда, в самом начале Нового времени, они казались решающими и полностью оправдывающими трансценденцию. Теперь посмотрим, чем пришлось в итоге заплатить за эту «незаконную» операцию:

  1. Как это ни странно, но благодаря трансценденции внимание философов было отвлечено от конкретной работы над когитацией (вообще когитальностью), то есть над тем, что было открыто Декартом, на «сознание» и рефлексию.
  2. Благодаря трансценденции представление о сознании как высшей способности человека, которая, как бык овцу, покрывает всю область когитаций, оттеснило в тень те его способности, которые формируют человека, прежде всего, внимание и намерение.
  3. Трансцендентный прыжок стал основанием, на котором сложилось представление о человеке, которое отделило его от эволюции вселенной, укрепило стремление человека хозяйничать во вселенной,  одновременно избавив его от ответственности перед ней, развило в нем неимоверное тщеславие.
  4. Философия потеряла почти 400 лет на построение воздушных замков, после чего вынуждена вернуться к начальной точке своего столь долгого парения, к осознанию (когитальности). С этого и начнем следующее эссе.

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS