Рейтинг публикаций

Вечер распадается на множество маленьких кусочков. Точные контуры, множество огней, беспечная скорость случайных машин.

Ребята, они... они убили Бориса, слышите?... Они убили Бориса!

В библиотечке <Эгоиста> мы уже публиковали фарс кишинёвского журналиста и прозаика Владимира Лорченкова <Иисус из Сант-Тропе>. Стиль Лорченкова - странный микс из магического реализма, как латиноамериканского (Маркес), так и восточно-европейского (Павич) разлива, постмодернистского пересмешничества (обыгрывание библиейских реалий) и вполне серьёзных фабульных экспериментов. Таковы и нынешние <Три нити>, сложная структура которых, словно бы раскрашена в разные, яркие цвета, насладиться которыми можно только если настроишься на особую, поэтическую, но и, одновременно, аналитическую волну.

Вдохновенному читателю, в отличие от крайне нетерпимого Л. Толстого, Достоевскому был присущ эстетический «протеизм», удивительная способность делать чужое слово своим. Между жизнью и книгой для него граница отсутствовала.

Эту осень, – я думал, – ты молча разделишь со мной, \ Из иных часовых поясов забредя ненароком. \ И горчит, и дымится вечерний костер листвяной, \ И часы оплывают свечами несбыточных сроков. \\ Эту осень, – подумал, – ты молча разделишь со мной. \ И молочник-туман пробирается тропкой парной.

Это был он – пресловутый незнакомец, который отпрянул, словно от неожиданности, чем вселил в меня смелость с вызовом его поразглядывать

Сент-Экзюпери сидел за столом вполоборота, положив локоть на край, и недвижно глядел куда-то в низ. - Я был там, в этом селе, Сукнино, Суконино, не важно: ...Женщины, дети, старухи, очень много старух. Ни у кого нет оружия, совсем нет, я не видел ни одной винтовки: Кого мы победили? Ты можешь сказать, кого победил твой полк, Джулиано?

Вот так и несколько тысячелетий назад древнеегипетские мужики таскали блоки для гробниц фараонов. Ничего не изменилось. Строишь-строишь, живёшь-живёшь

Неблагородно как-то получалось.

А потом мне уезжать надо далеко было, надолго, я к мужикам в мастерские пришел, говорю им, – подержите у себя кобелька пять минут, а то он за мной всюду ходит, а мне ехать надо. – Ладно, – говорят, а он чей? – не знаю, вот ходит за мной. – Ладно, – говорят, – только ты быстро убегай, а то мы не удержим. Заняли они его чем-то, а я грузовик тормознул, запрыгнул в кабину и поехал, а в окошко смотрю, вижу – бегает собачка та, меня всюду ищет. Белая вся, одно только ушко черное. Сейчас я думаю, это ко мне приходил Бог, или кто-нибудь из Силы и Славы его.

Как хорошо вечернею порой, \ как дышится, как верится в большое, \ как говорится – плоть свою укрой \ огромною космической душою. \\ На подоконник сядь, облокотясь \ о воздух тёплый, синий воздух мая, \ не понимая – с чем настала связь, \ но, что она настала, понимая.