...после смерти матери, Ян случайно наткнулся на один из секретов отца, которые тот не сумел унести с собой в могилу – секрет, о котором никто не знал. Или знали, но держали рот на замке. Во время починки крыши, разбирая на чердаке старый хлам, Ян увидел старый, в бархатном окладе, фотоальбом Мюллеров, в котором отыскал под фотографией известного портрета Лютера смятый, но потом тщательно разглаженный и сложенный вчетверо листок. На нем аккуратным знакомым почерком отца, со множеством густо зачеркнутого, было написано, что он сожалеет, нет, он потрясен тем, что узнал о каком-то Хельмуте Краузе...

На Чёрной речке холодно всегда, \ Даже в жару, такая аномальность, \ Уже два века, вроде бы банальность, \ Но стынет там не только кровь — вода.

В городском пространстве осажденного и бомбардируемого города возникает новая пространственная оппозиция: наземно-воздушного и подземного пространств. В такой ситуации также уничтожаются городские локусы, а жилые дома, школы, храмы, улицы, парки утрачивают повседневные функции, в результате чего городской ландшафт декодируется и меняет свое значение. В этой ситуации пространство социальных ролей горожанина глубоко трансформируется. Как это происходит, можно увидеть в поэме Елены Заславской «Новороссия гроз. Новороссия грёз» (2020).

Всегда помни: иерархия - инструмент защиты власти.