В стихах Наталии Елизаровой «есть всё: аллитерации, ассонансы, глубокие метафоры» – Владимир Буев – (28/09/2026)
...Оцените, здесь — Пастернак, здесь — Цветаева, а здесь — Елизарова. Я в её стихах находила всё, что мне нужно: аллитерации, ассонансы, глубокие метафоры. Я всегда с радостью и гордостью говорила своим студентам: это стихи нашей выпускницы Наталии Елизаровой. В этих стихах есть всё: изящество, красота, ум, мастерство. (Преподаватель Литинститута, к.ф.н. Татьяна Никольская)
Первое слово – Андрей Иванов-Другой – (28/09/2026)
Иван искал вторую работу, в дополнение к университетской. Собственно, кофейное ремесло само шло ему в руки. Правда, с немалыми изгибами, даже загогулинами. Пару лет назад, а ему уже казалось, что в прошлой жизни, он открывал свою кофейню, но не задалось.
Дверочка с берёзовым колышком – Малыгина Юлия – (28/09/2026)
Открывается книжка «Тепло для волчат», \ но в каждом волчонке ещё слишком мало от волка, \ в каждом зайчонке ещё не хватает иголки, \ ещё не хватает утки, яйца золотого. \ Только вдоволь простора и неба простого. \\ Нелюбимых детей не бывает, \ бывает неправильная любовь, \ когда зацветёт берёза — \ нужно сажать морковь, \ а к ребёнку примет не бывает. \ Вот и злится родительское внутри, \ полыхает прозой, говорит: «утри», — \ и нечёткую дверочку на ночь берёзовым колышком подпирает.
Галоперидол для таланта, или Арнониада по-питерски – Наталья Рубанова – (25/09/2026)
Итак, роман-бред – прежде всего едкая сатира, арнониада на вечную тему конфликта свободы и карающей системы. В антиутопии «Смирительная рубашка для гениев», предупреждающей о катастрофе, связанной с убийством литературы, обнажается ад коммерциализации искусства.
Цикл стихотворений "Двадцать пятый день весны" – Екатерина Смирнова – (25/09/2026)
Как на парад наш танк уже начищен, \ Горела в небе злая бирюза, \ Зачем, зачем сказал мне старый фельдшер, \ Что умирают первыми глаза? \ Мы на броню усердно матерились, \ Мечтая сесть за праздничным столом. \ Но как могли приказу подчинились: \ Мы в город Грозный налегке войдём… \\ (...) Казался мне тот ужас бесконечным: летел свинец, чернели небеса, \ Но в голове возник зараза–фельдшер: \ — Эй, лейтенант, разуй уже глаза! \ И я собрал себя из всех ущелий, \ И, как учили, громко приказал: \ «Нам умирать, махра, ещё не время, \ Ведь умирают первыми глаза!»
Под топот диск-жокея Минотавра. Опыт чтения Повешенного (о сборнике С. К. К. «Оккулит-ра») – Елизавета Гарина – (24/09/2026)
Свой принцип автор формулирует прямо: «ненабранное важнее набранного»; и это значит, что смысл не в том, что написано, а в том, что ты собираешь в акте чтения.
Архитектура поэтического текста – Александр Баженов – (24/09/2026)
Символизм → модерн (стиль «ар-нуво») Поэзия: намёки, музыкальность, образы-символы, мистика. Церковные строения. Небесный свод находил свое отражение в куполах православных церквей. Показательным примером является Софийский собор в Киеве, чьи тринадцать глав символизировали Иисуса Христа и двенадцать его апостолов. Пример — А. А. Блок, А. Белый.
С тобой и без тебя (8) – Наталия Кравченко – (23/09/2026)
...если бы меня спросили, какое качество было в нём определяющим, я бы сказала: самоотверженность. Это было в нём главным. Он всегда думал прежде всего о других – о своих близких, о тех, кто нуждается в нём. Обо мне. Он так умел любить…
Четырнадцать лет я учился искусству каллиграфии – Игорь Трофимов – (23/09/2026)
четырнадцать лет я учился искусству каллиграфии семь лет в Токио и семь лет в Иокогаме за все эти годы я там научился не доверять себе а лишь дожидаться пока отдохнувшая тушь оживёт на бумаге
Счастье и судьба человека в «Опытах» Монтеня – Александр Чупров – (23/09/2026)
В XXI веке «Человек Монтеня» неожиданно оказался самым точным зеркалом нашей современности. В эпоху, когда старые идеологические и метафизические нарративы рассыпаются, а виртуальное пространство фрагментирует наше сознание, мы как бы заново открываем для себя монтеневское «искусство жить». Это искусство обживать свою хрупкость, находить автономию внутри хаоса, относиться к себе с иронией, а к миру – с неутолимым, доброжелательным любопытством.
Человек Монтеня – это, в конечном счете, мы сами.
Поделись
X
Загрузка