Рейтинг публикаций

У русских символистов молитвословие – редкость, слишком уж их мистика отдает богоборчеством. У Рильке, напротив, молитвословие встречается едва ли не на каждом шагу. Впрочем, это скорее свидетельство поэтической одержимости автора, нежели констатация его мистической «праведности». Рильке – тоже богоборец, как и русские символисты, и его интонация оппонирует содержанию, а не следует за ним. Он строит Храм своей поэзии, а вовсе не храм в традиционном понимании, то есть – жилище Бога.

Сознание человека характеризуется, прежде всего, не разумом, который присущ всему живому в том или ином виде в качестве центров, обрабатывающих поступающую от органов чувств информацию, а осознанием самого себя, что предполагает не просто принятие от ощущений информации с более или менее адекватной реакцией на нее, но последующее сознательное и планомерное изменение того, что ему представляется.

Этот военный офицер, «циник высшей руки» и «сумасброд» оставил такую память, что спустя 72 года о его проделках сообщает генерал-майор Чернов И.В.
Хронотоп и погружение в эпоху.

Есть народное предание: где конь св. Ильи Муромца касался копытом земли, там вдоль Оки, протекающей сквозь Муром, забили ключи и появились источники.

Всех сравняет угасанье: \ На закате медно-алом \ Лица разные похожи, \ Красным пламенем объяты. \\ Только ты не постареешь. \ Будешь ты в стихах и песнях \ Перетягивать резинкой \ Тёмно-русый шёлк послушный: \\ Хвостик каждый раз на спину, \ Меж лопаток, будет падать…

Поступающая населению информация выделяется и потребляется крайне неравномерно. Ее неочевидная составляющая выявляется и используется сравнительно немногочисленной группой, так называемых творческих личностей, составляя процесс познания, тогда как информация, используемая в соответствии с реалиями повседневной жизни, потребляется остальными группами населения, преобразуясь определенным образом уже в эрзац познания, но всё же имеющий определенный смысл, о котором можно узнатьв из статьи.

...наш народ – настолько сложное и парадоксальное явление, что любые рассуждения о культурном коде всегда будут лишь слабой попыткой упростить, рассказать нерассказываемое и описать неописуемое.

...Ты помнишь этот голосящий тополь? \ — Костантинополь пал, Константинополь! — \ Среди осколков мраморной листвы \ кишмя кишат бездомные ромеи, \ на скорлупу расколотой Софии \ как кровь Христова капает рассвет, \ и на губах расхристанных подъездов \ медовый герпес поцелуев василевса. \ (...) Успей взглянуть на мир перед восходом, успей покинуть город, ведь уже \ горят иконописные деревья, \ горит трава, \ горят твои слова, \ сто киловольт звенят над головой, \ из-за угла выходит бледный конь, \ и подступает к горлу пустота... \\ И каплет с пальцев греческий огонь.

Трудно оспорить утверждение о том, что удовлетворение располагает человека к расслабленности и безмятежности, то есть бездеятельности. Поэтому должно существовать и нечто, способствующее его деятельности, и им не может не быть противоположное удовлетворению, а именно: неудовлетворенность. Что она представляет собой на самом деле, откуда берется и к чему ведет в итоге, отмечено ниже.

...Кто-то очень точно сказал, что поэзия – это увеличительное стекло, которое усиливает чувства человека. Если усиливать нечего – она бессильна. И такого обделённого эмоциями можно лишь пожалеть.

Восемь книг, исполненных в энергичной, точной, скрупулёзной, сжатой манере; восемь документов истории и произведений литературы. Аттическая соль – и образец аттической прозы: образец лаконичности, точность формулировок, как языки огня, поглощающие хворост будущего. Всё подчинено цели – победе, цель же книги – донести былое до грядущего, исключая сантименты, пространные описания... Исключая ненависть к врагу.