Рейтинг публикаций

В город, чуть зауженный, \ Где-то ближе к ужину \ Хорошо надушенный \ Ветер залетел. \ Непогода скушная \ Стала схожа с южною, \ И вишнёвым кружевом \ Город заболел. \\ Вон окошко жёлтое \ Приоткрылось. Боже мой, \ Как белеет крошечный \ Садик у ворот. \ Впилось глазом-жёлудем \ В облако творожное. \ Помощь неотложная \ Скоро ли придёт?

...просто в спокойном режиме перечислю некоторые, показавшиеся мне интересными, публикации «Бересты Онфима», попутно отмечая (хотя это не единственный критерий оценки), в каких текстах проявилась христианская вера, а не просто «мода на христианство».

Каждый домишко, аллеи, сараи, \ сгнившие изгороди вдоль тропинок. \ Разве чиновник поймёт? Цель иная \ либо вам царь, либо так, как я – инок. \\ Осыпь фундаментов, ставни, наличник, \ не отрекусь! Ибо крах, кто отрёкся \ от каждой крохи побитой кирпичной \ да от засохшего в недрах колодца! \\ Тем, кто отрёкся, беда! Суициды! \ Или запои, страданья, отчаянье. \ Мы пили воду – вот эту, как рыбы \ на Караваихе да на Почайной!

чуть надрывно \ и как-то брезгливо ветрено \ воротник \ и щуришься на обручальные \ фьорды \ привокзальные \ как всегда у пригородных \ приподняться бы \ нет, это так просто не высказать \ из свертка \ по лицам \ политься бы \ чуть-чуть навязчиво \ будто какая жимолость \ только (вот) что это?

Лесков всегда интересовался идеями Платона. Книга «Платон в изложении Клифтона Коллинза» (СПб., 1876) была в личной библиотеке писателя. Анна Петрова в своей диссертации определяет несколько константных тем лесковского творчества, в которых заметно влияние Платона: знание как припоминание виденного в другой форме бытия, смерть и посмертное существование души, доступность философской истины каждому человеку, праведнический образ жизни. В текстах Лескова также неоднократно говорится о двойственности Сократа, сочетающего возвышенные и сниженные черты.

Совсем неочевиден ответ на вопрос – может ли носитель культурного кода с эмпатией 2-го быть успешным предпринимателем и бизнесменом.

Всех ли родных мёртвых ощущаешь собой?
Словно реющие тени окружают: они несут свет, в них заключено добро, какого в жизни – жёсткой, как Хохловский переулок, маловато стало…

...Ты помнишь этот голосящий тополь? \ — Костантинополь пал, Константинополь! — \ Среди осколков мраморной листвы \ кишмя кишат бездомные ромеи, \ на скорлупу расколотой Софии \ как кровь Христова капает рассвет, \ и на губах расхристанных подъездов \ медовый герпес поцелуев василевса. \ (...) Успей взглянуть на мир перед восходом, успей покинуть город, ведь уже \ горят иконописные деревья, \ горит трава, \ горят твои слова, \ сто киловольт звенят над головой, \ из-за угла выходит бледный конь, \ и подступает к горлу пустота... \\ И каплет с пальцев греческий огонь.

Этот военный офицер, «циник высшей руки» и «сумасброд» оставил такую память, что спустя 72 года о его проделках сообщает генерал-майор Чернов И.В.
Хронотоп и погружение в эпоху.

Такая тишь над всей деревней, что мне страшно. \ Все в деревенском доме спят, а я не сплю. \ Постель пуховая бездонна и опасна. \ Мне слышится: уснёшь, тебя я утоплю. \\ (...) По вечерам ломтём ем запах огорода.\ Днём слышу кур квохтанье и возню хавронь.\ С утра рыбачим, днём купаемся всем кодлом: \Я, Нинка, Катька, двое Митек, впятером. \\ И караси к нам в вёдра прыгают из речки. \ Со сковородки лезут прямо в рот блины. \ И я ещё ребёнок, то есть как бы вечный. \ Крепленье будущих времён и старины.

С одной стороны, это была любовь патологическая, противоестественная для журналиста, когда пытка кажется блаженством. С другой — это была необычайно плодотворная любовь. Она меня вдохновляла на новые передачи, идеи, замыслы. Я подсознательно искала повод зайти к нему в кабинет, жаждала его похвалы, скучала по следам его красного карандаша, даже специально писала много лишнего, чтоб он потом вычеркнул.
Он ничего не замечал.

В издательстве «Горячая линия - Телеком» вышла книга Сергея Иванникова «Система, утопия и анти-система». Написанное в нестандартной, новаторской форме, это междисциплинарное исследование рассматривает взаимосвязи между разными сферами социального и культурного пространства, показывая, что внешне, казалось бы, не связанные друг с другом события подчиняются единой логике становления.