Рейтинг публикаций

Фактор времени является неотъемлемым элементом сознания, не существуя вне его. Для сознания любого живого существа характерно два вида времени – собственное время каждого живого существа (его настоящее) и внешнее время, формирующееся всей совокупность живых существ. Первое как бы вкладывается во второе и поэтому не отмечается человеком.

А уборочные дежурства в советской школе? После уроков мальчик и девочка назначались марафетить класс, как бы в виде семейной пары – с веником, тряпкой, совком и тяжёлым ведром с водой. А если ещё задерётся у напарницы подол от усердия – какая уж тут романтика! – хотя... Как-то попалась мне в пару одноклассница от природы хозяюшка, – всё она знала, умела и учила меня: «Нет, это не так надо делать» – и показывала как. Смели мы весь мусор в кучу, загоняем в совок. Осталась самая мелочь – а совок старый, погнутый – никак не зачерпнёт. Наставницу мою это ничуть не смутило. «А с этим вот как нужно... – размести!»

Светлый стоицизм мерцает за строчками: «Герменид говорил, когда мы умрем, очень удивимся. Скоро я это узнаю. Я уже на краю того моря. Я уже в нем. Погрузилась до пупа. И, кажется, до пупа растворилась… Я – Соляная кукла. Скоро я узнаю то, что уже знает мама».

С одной стороны, это была любовь патологическая, противоестественная для журналиста, когда пытка кажется блаженством. С другой — это была необычайно плодотворная любовь. Она меня вдохновляла на новые передачи, идеи, замыслы. Я подсознательно искала повод зайти к нему в кабинет, жаждала его похвалы, скучала по следам его красного карандаша, даже специально писала много лишнего, чтоб он потом вычеркнул.
Он ничего не замечал.

– Что мы звездам сделали такого? \ Что мы звездам сделали плохого \\ – В свете освещения городского \ Мы не видим ничего иного \ Кроме освещения городского. \\ Нам не до звезд и не до небес. \ У нас фонари, витрины и стресс. \\ Не осталось ни совести, ни ума. \ Только свет, который в нас, и который тьма. \\ В свете электрическом забыли Свет… \ И звезд нам нет, и слез у нас нет… \\ Теперь уж и сам я не вспомню, когда: \ Горела, горела моя звезда.

Много дорог и на каждой – урок.

Александр Островский, исконно русский драматург, часто заканчивает свои пьесы счастливым разрешением событий, но есть и пьесы – трагедии. О пьесах Чехова сложно сказать что-то однозначно. Это часто трагичные события, названные комедией, что снимает привычный пафос, делает пьесу мудрой и ажурной. Пьеса «Холопы» в этом смысле несколько зависает на периоде конца правления Павла. Впрочем, с театрально-риторической точки зрения это и есть самый верный ход.

...развитие сообщества идет прерывисто, но в целом – поступательно, судя по представленным выше данным технологического и культурного роста, исключая случаи остановки роста самосознания сообщества по тем или иным причинам, например, тем, которые проявились в истории ассирийского сообщества, сосредоточившегося на применении силы без объединительного культурного подъема коллективистского самосознания разнородного населения, что привело при исчезновении этой силы к полному распаду сообщества.

Помолись, мой мальчик, шалун, сизарь, игрун, \ помолись, моя девочка – тонкая яблони ветка, \ помолитесь о мире все, все! Чтец, певун, \ шоферюга, шахтёр, медсестричка, детка. \ Мы так редко \ о всеобщем, огромном, безмерном, большом \ вопрошаем! Обычно о мелком мы просим, о личном… \ Но распахнутым сердцем, как всмятку яичко, \ и кровящей от боли, разбитой душой \ помолись! Воскричать бы всем, помолись, не стой. \ Если есть руки, кисти, голова, ребра, вены. \ Помолись так, как молится слепоглухонемой, \ если есть ноги, то встань на колени. \\ Если нет колен, то ляг на пол и помолись: \\ - Хотим мира. \\ Хотим света. \\ Хотим победы. \\ Чтоб сгинул последний нацист-фашист. \ Чтоб обманутый брат нас не предал.

Формируя образы отличной от сложившейся реальности, разум отыскивает способ достижения цели – улучшения жизненной ситуации (хотя деструкция также может стать сознательной целью.) Взгляд в перспективу, иными словами, не просто атрибут сознания. Воображение – сущность разума.

Хочешь не хочешь – поверишь в высшие инстанции: ведь кто-то же дал дар писать стихи?

Почти в каждом крупном русском поэте 20 века жил Иннокентий Анненский, жил и влиял на качество жизни и мысли. Этим в какой-то степени компенсировалась непризнанность поэта при жизни – реваншем грядущих голосов в поэзии, в которых звучали его интонации, его ноты. Оправдались его слова, сказанные в письме к другу: «Работаю исключительно для будущего».