Рейтинг публикаций

Папа не любил калужских родственников, считал их мещанистыми очень: они и были такими – драгоценные и любимые… Бабушка наклоняется над тобой, первый день каникул сегодня, наклоняется, подоткнув одеяло, спрашивает: Удовно ли тебе, внучек? Ах, как мне было удобно тогда, ба!
Как неудобно в жизни!

Всё поэтично очень, абсолютно не проверяемо, и живёт, живёт, привлекая умы, века….

А проезжая карета – \ Гофра кожаная. \ Что-то ты, моя Анетта, \ Заторможенная. \\ Эй, ямщик, притормози \ У гостиницы. \ Надоело колесить \ За гостинцами. \\ На губах солёный груздь, \ В плошке – трюфели. \ Как же так Святую Русь \ Мы продрюфили?

Два посыла – почерпнутые из быстрого чтения переводов. И осадок в виде не задаваемого вопроса – для чего? (Повторюсь, подчеркивая – переводов, ибо…) Один: лагерный опыт – не человеческий. Другой: лагерь – черная дыра.

Генри Миллер – американский писатель и художник. На тот момент истории – после Первой мировой войны, его фигура стала именем нарицательным, а жизнь легла в основу скандальных для того времени интеллектуальных и эротических романов, самые известные из которых «Тропик рака», «Черная весна», «Тропик Козерога».

...степень воздействия произведения искусства на зрителя зависит не только от того, что изображено, в частности, на холсте, но и от качества и широты восприятия зрителем эпитемных связей, значимых для культуры в целом.

... Бытие-в-истине существует или нет. Третьего не дано. Пути к бытию-в-истине не подлежат разглашению. Нельзя привнести извне мудрость. Фиглярство – сколько угодно. Форм симуляций поэзии – бессчетное количество, как форм человеческой лжи и ложных путей. Истинный путь один, и он невидим извне. С предательства истины начинается путь к успеху.
В момент омертвения души искусство стало нагло играть, созидая откровенно пустотные конфигурации, рассчитанные на тот или иной эффект.

В центре повествования – взаимоотношения двух молодых людей индиго, не похожих на обыденно-знакомых персонажей, не из большинства лиц бытия, людей, способных к разным перемещениям, в прошлые миры материнских планет, к примеру…

Прекрасная чаша занятия, подъемлемая людьми к небесам: и далёкость их – равно: пришли и уходят – особым фокусом расцветает в реальности…

...проза Набокова, как и новая музыка, характеризуется анти-нарративностью, полиязычием, лексической насыщенностью, сложностью построения, безглагольностью, «зеркальностью» и «обратимостью» звуковых и графических явлений. Музыка нарратива Набокова – его собственный язык, тщательно изобретенный, во многом схожий с музыкальными и художественными практиками довоенного и послевоенного искусства.

И высятся пирамидально словесные громады Манна.
И раскачивает на ветру бытия внушительно-добрые, трогательно-человечные построения Бёлля…