Рейтинг публикаций

...не-сущее нас будет интересовать как господин, а не как мальчик на побегушках у бытия, т.е. не как иное и не как инобытие.

...верующий, приступающий к таинству [исповеди], убежден, что он исповедуется Богу, а эмпирически выходит так, что он исповедуется священнику, и ему не остается ничего другого, кроме как положится на добросовестность последнего, поскольку тот, в свою очередь, запросто может нарушить таинство (вспоминается в данном отношении, как в Синодальный период русские священники были вынуждены постоянно нарушать таинство исповеди, докладывая полиции о грехах кающихся).

«Но он пустой, без вдохновения, без внутренней культуры, без нутра; как, никто: эстетствующий приказчик из галантерейного магазина. Вот и всё! Вот и ничего! Может быть и есть у него хорошие строчки, или образы, да только всё это так, зря. Целого нет. Без лица».

Мудрецы говорили: Первый Храм был построен благодаря Авраѓаму. Второй — благодаря Ицхаку. Авраѓам — символ милости. Ицхак — символ суда, справедливости. Но и разрушены оба храма были из-за этих же качеств, доведённых до крайности. Руками потомков Ишмаэля был разрушен Первый Храм, руками потомков Эсава — Второй. И только Третий Храм, воздвигнутый благодаря Яакову-Исраэлю, несущему в себе и милость, и суд, будет вечен.

Пасха останется – тайной тайн; примером слепой веры – и веры рассуждающей: возможно ли такое? И всегда будет отзываться в мере поэтической правды поэзии, созданной на эту тему.

...Вы народу кричите, что на нём Дух Божий? Зачем это? Народ – биология. Вы о спасении, а мы о пищеварении. Спасения никто не видел, а пищеварение каждый знает… (потирает живот). Полезное мы у вас возьмём, потому что у вас есть полезное. Про равенство, про не воруй, это мы возьмём для гигиены народа. Небо мы запретим. Надоело ваше небо пуще горькой редьки! Жизнь будет быстрая! Родился – поработал – умер! Родился – поработал – умер. Вы крикнете, что народу зацепиться не за что? Пожалте – вот вам скелет. Мы скелет воздвигнем и народ к нему пригоним - вот твоя середина, суть и основа.

Что же это за имя, которое она сравнивает с благоуханным маслом? Кто же этот царь, который приводит её в покои свои? Он и пастух, и за трапезой царь, любимый, влекущий её в «дом вина». Она слышит его голос в горах, он «подобен газели// или же оленёнку», он «смотрит в окна» и вновь зовёт: «За мною иди!» (там же 2:4, 8-10)

Льву Николаевичу не писалось...

Все герои «Идиота» могут жить вне мгновений, Мышкин — только в мгновениях. Время не властно над «положительно прекрасным человеком»...

Уже с первых – ещё в несколько наивных тонах выдержанных книг – люди Толстого видны как бы изнутри; а пресловутый поток сознания вполне бушует уже в "Севастопольских рассказах", чуть ли не превосходя внешний мир, тоже живописуемый Толстым с чрезмерной изобильностью, подробно, детально…

Человек – существо чрезвычайно сложное и многоаспектное. Хорошей метафорой этой сложности является сюжет о функциях сердца. Долгие десятилетия считалось что сердце – не более, чем насос, качающий кровь. И только в 1980-х годах выяснилось, что сердце является еще и эндокринным органом, вырабатывающим определенные гормоны. Это неожиданное открытие побудило прийти к выводу, что вообще функции органов в живом организме может быть не так просты и до конца не ясны. И это дает основания опасаться, что радикальное вмешательство в человеческую природу, сколь бы продумано оно не было, будет таить в себе немало сюрпризов...