Рейтинг публикаций

Что ж это за девушка мечты, скажете, которая, даже набирая мой номер, сразу отключалась, ожидая, что я перезвоню сам? Экономия средств, мать ее. Вот я и сам думаю – какая она, к чертям собачьим, девушка мечты?.. А забыть все равно не могу…

Тем более Он сам обещал, что позволит человечеству пережить все формы правления, чтобы в конце человек сам понял, что счастливо и вечно он сможет жить только под одним правлением.

— Как скажете, товарищ начальник, господин оформитель (пауза, задумался). Как скажешь.

...возникает ключевой для нашей статьи вопрос, откуда А. Белый знает, что Христос воскрес?.. (...) для чего Христу нужно было воскресать? Чтобы лицезреть Ленина, Троцкого и будущего вождя народов Сталина?

Однако зачем удерживать в себе Память? Она есть и в будущем, является нашим настоящим, не надо запоминать то, что и так вечно. Зачем накладывать одно на другое? Мы и так во сне Бога, в череде Его воспоминаний. К чему ремейк пережитого, когда всё время звучит хит настоящего, когда Память свежа и действенна, когда богата вариациями? Бог не помнит всего, Он вспоминает вместе с нами, мы – Его отгадывание Себя и Своего бытия. Память для Него полна тайн, Он живёт Её вечным будущим, Её переходящими лабиринтами и зазеркальем Своего Я.

вечером в винном погребке, в который Генрих пригласил Джессику, он попытался убедить её: это послание, которое инопланетяне хотели передать ему, именно ему, Ноштрадамусу-два, и никому более. У него было видение.

Девственность – это болезнь.

Без лукавых мудрствований, ясно и просто, как хлеб насущный, как вода, как пение птиц на заре, слагала свои стихи классик детской литературы Елена Благинина...

...«смертные» могут «решить называть» и другие пары, и при этом картина не лишится правдоподобия. Анаксимандровские тепло и холод, например, или сухое – влажное Ксенофана. Однако этот дуализм, как и любой другой, неистинен, условен, так как связан с чувственным восприятием, за завесой которого обнаруживается единое и недвижимое вечное бытие.

Новороссия гроз. Новороссия грёз. Видно, это судьба такая: сойтись нам под небом звёздным, на перекрёстке истории, продуваемом северным ветром, под огнём перекрёстным смертным. Пусть нету на гугл-картах, пусть нету на яндекс-картах этой страны, и адепты вражеской пропаганды твердят нам, что так и будет, что зря, мол, погибли люди, что всё напрасно, бессмысленный глупый подвиг, нас ждёт нищета и кризис, а он мне сказал: «Это долг мой». И записался в Призрак.

О Шимшоне сказано, что судил он Израиль, но уж очень этот герой одинокий — странный судья, о себе пекущийся, врагов на землю свою навлекающий, судья, которого соплеменники хотят выдать врагам.

неоспоримость \ существования бабочки