Рейтинг публикаций

Восточные ворота или Баб-Шарки находились в самом конце Прямой улицы, Ренэ проходил через них каждый раз, бывая в Дамаске. Но он даже представить не мог, что где-то рядом может находиться астральная лакуна или, на языке суфиев, разлом Джабрута. Воспользовавшись советом Джелаль-эд-Дина, он отправился на осмотр древнеримских ворот, рассказывая по пути Нострадамусу, откуда у него появился ключ Торы...

...тогда, будучи подростком, она заплакала не из-за ностальгии и женской чувствительности, но от того, что лошади на самом деле так красивы...

Так мы и не договорились. Она и сейчас живет с Лехой-автослесарем.

Один симпатичный мне философ начала ХХ века называл три занятия, где профессионализация едва ли не преступна. Не должен становиться профессионалом поэт, композитор и философ. Сюда можно добавить и влюбленного.

Глупость рождается мгновенно, многообразно, бесчисленно, разнообразно, иногда лавинообразно, каждую секунду по всему свету, в мыслях и действиях миллиардов людей. Это не означает, что люди по своей природе глупы...

Что ж это за девушка мечты, скажете, которая, даже набирая мой номер, сразу отключалась, ожидая, что я перезвоню сам? Экономия средств, мать ее. Вот я и сам думаю – какая она, к чертям собачьим, девушка мечты?.. А забыть все равно не могу…

...было бы ошибкой говорить, что Бродский «разделяет» мнения старой ньютоновской физики. Бродский ничего не «разделяет», суть в том, что он открыл эти, обладающие могуществом божеств, пустые среды, и был так поражен этим открытием, что оно стало едва ли не важнейшей темой всего его творчества. Пустота, открытая Бродским – пустота совсем иного свойства, это пустота известная экзистенциализму и ассоциирующаяся прежде всего с одиночеством. Бродский – это мост между экзистенциализмом и Ньютоном.

С таким инструментом розничного тоталитаризма, как протокол, в здравоохранении России придётся распрощаться с будущими пироговыми, павловыми и демиховыми, в образовании – с ушинскими и сухомлинскими, в ювенальной юстиции – с макаренками и корчаками. Останется лишь «невидимая рука рынка» с её хищным хватательным рефлексом за горло.

А на Поле Чудес, где алтынный воскрес, \ Где гуляет Алиса-лиса, \ Презирая Собес, отвергая Ликбез, \ Новых русских сияет краса.

...Встречные потоки пересекаются, лавируют, растворяются друг в друге. Даже на бульваре многолюдно: выходной, а над обширной детской площадкой витает шум. И расстилающийся выше бесконечный простор пышно играет отцеженной синевой июля.

Бездна придумывает себя, избегая безумие хаоса и мрак пустоты, она проявляется перед собой сменяющимися мирами. Царством иллюзий о себе, бесконечно длит себя, цепляется за остров разума, спасаясь от засасывающей воронки в собственную пропасть. Колесо возможностей из центра своего вращения бросает свет на непроявленные кадры событий, и клубок её зеркальной субстанции становится плёнкой кинобытия. Она вечно режессирует себя волей к новой жизни и новым мирам.