Творческий вечер Галины Климовой: проза или «пар, отлетающий от уст»? –
Владимир Буев –
(05/05/2026)
Выступающий [издатель Амелин] пошутил, что «не в сюжетах дело»: один на сюжет «колобка» написал «Одиссею», другой «Улисса», третий «Мёртвые души» — «сюжет и сюжет, не в сюжетах дело, а именно в ощущении какого-то непонятного изменённого пространства». С одной стороны, «оно вроде бы и абсолютно реалистическое», а с другой, «это абсолютный нереализм, какой-то ирреализм, потому что воспоминание о мире, которого уже никогда не будет, но может быть какой-то не такой». Обращаясь к Климовой, Амелин резюмировал, что она прошлый мир «схватила и пришпилила». Не сфотографировала, а «именно описала и написала».
«И когда унимаются боли и слегка раздвигается мгла…» –
Владимир Буев –
(27/04/2026)
В этот раз в состав жюри входили: поэт из Ростова-на-Дону Ольга Андреева, преподаватель и прозаик из Москвы Пётр Воротынцев, поэт из Москвы Ирина Чернева и сам Милешкин. В конкурсе участвовало 44 заметки, которые были опубликованы, в основном, в газете НГ-Exlibris (приложение к Независимой газете). Также некоторое количество статей было опубликовано в газете «Малаховский вестник. Вчера. Сегодня. Завтра» и некоторых других. Голосование, уверил Милешкин аудиторию, было «абсолютно честным». Голоса жюри «распределились таким образом, что были выявлены первое, второе и два третьих места».
Максим Привезенцев: как в темноте передавать свет другим… –
Владимир Буев –
(10/04/2026)
...в те годы всё было не очень хорошо», и он написал тогда «довольно грустную историю». Потом Привезенцеву захотелось поменять взгляд на Сахалин, он несколько раз туда возвращался, и «родилась идея маяков». Почему? Потому что Сахалин — единственный остров в мире, где сохранилось такое их большое количество (больше тридцати). Это маяки «трёх государств и трёх эпох: царская Россия, Япония и Советский Союз». По мнению Привезенцева, «наличие такого количества маячной архитектуры — уникальное явление в мире».
«Дерзай же! Это труд для одиночки…» –
Владимир Буев –
(02/04/2026)
Обычно Бородицкая вслух читает только английскую поэзию. А нынче читать будет то, что она делает крайне редко. Однако «практически все языки, которые [в книге] задействованы, будут представлены»: это чешская, «чуть-чуть» словенская, венгерская, польская поэзия (спойлер: чешская поэзия на русском языке в итоге сегодня не звучала, видимо, выступающая о ней по ходу дела забыла). Венгерские стихи Бородицкая переводила не с оригинала, но у неё, по её словам, был «чудесный [помощник]... до этого мы ещё дойдём».
Вера Липатова: «как тяжело любить филологиню» –
Владимир Буев –
(23/03/2026)
Вопрос из зала: — Про одно из своих стихотворений вы сказали: «Я думаю, что оно хорошее». А что в вашем восприятии является «хорошим стихотворением». Трудно назвать критерий хорошести у традиционного стихотворения, потому что это очень тонко. Какие у вас критерии хорошего свободного стиха, если можно их как-то выделить?"
— Есть такое жаргонное слово «зацепило».
— Есть такое жаргонное слово «зацепило».
Александр Рязанцев: защитить тексты от непредсказуемостей –
Владимир Буев –
(12/03/2026)
Автор презентуемого издания «довольно много наблюдал за литературным процессом», поэтому может сказать, что «когда делаешь книгу, хочется, чтобы она действительно была хорошей, чтобы она была выпущена в твёрдой обложке на белой бумаге с ответственным отношением». И когда «два ответственных отношения находят друг друга, получается» то, что сегодня представлено вниманию присутствующих: «Хлеб, вино и одиночество» стала первой прозаической книгой, которую выпустило издательство «Синяя гора»...
Памяти Михаила Файнермана: «Смотришь — стихи начинают испаряться», или «Пронзительность — в совершенной простоте» –
Владимир Буев –
(05/03/2026)
...важно и интересно то, что именно «читал и перепечатывал Миша» в библиотеке. В «Иностранке» основное место Файнермана «было в зале новых поступлений: устоявшаяся классическая поэзия его не очень интересовала, интересовали новые свежие имена»:
— Миша там ловил какие-то вещи, которые потом развивались в его собственной поэзии.
— Миша там ловил какие-то вещи, которые потом развивались в его собственной поэзии.
«И смолкает ветер, чтоб быть неслышнее звёзд…» (Репортаж) –
Владимир Буев –
(23/02/2026)
Полоска света — это такой вот советский штамп. Очень многие классики писали, что они видели ее под чьей-то дверью, это побуждало их не лениться. Денис Драгунский вспоминает рассказ своего товарища, который по-другому посмотрел на эту метафору. Денис Драгунский ...говорил: вот я ложился спать, а у отца под дверью всё время горела эта полоска; и вот я смотрел, смотрел, как он по ночам работает, как не дает себе отдыха; и я вообще поменял свои взгляды на жизнь; я решил ничего не делать, и при этом как можно больше зарабатывать, ездить на Бали и чтобы другие всё за меня делали. Это отучило его от трудоголизма... Это действительно смешно и по-своему философично. (Борис Кутеноков)
«Делайте что-то, если вы хотите это делать…» –
Владимир Буев –
(09/02/2026)
...Рубакин — это «один из первых русских популяризаторов науки, человек, который поставил своей целью сделать так, чтобы книги читали самые разные простые люди» не по своей профессии: об открытиях в физике, географии, астрономии и в других науках. ...премия имени Рубакина является новой в области нон-фикшн-литературы, и её первый сезон проходит «прямо здесь и сейчас».
Потомок писателя-народника Левитова: «Сквозь годы и через даль пространства свою мне руку протяни…» –
Владимир Буев –
(27/01/2026)
...учитель истории из Доброго Татьяна Черномордова рассказала о «фундаменте» — о «Левитовских чтениях», которые много лет проводятся в селе, и о людях, которые эти чтения запускали («Анна Харланова [учредитель «ЛевитовФЕСТа»] получила мощный заряд, понимая, что стоит на плечах гигантов»). ...«Анна привозила целые десанты писателей», которые выступали «для сельских учеников». Школьники, не попавшие на мероприятия, «с таким удивлением и пиететом» спрашивали: неужели правда живые и настоящие писатели? мол, мы тоже хотим с ними встретиться». (Харланова потом прокомментировала: «Дети думали, что писатели — это только те, кто на портретах, а они живые, и оказывается, ещё что-то сочиняют, ух ты!»)
