Рейтинг публикаций

...бригадир не прекращал меня убеждать в том, что он, как и другие, забирает своё. «Ты просто обязан присоединиться к нам. Участились проверки, а ты пока только “зритель”. Пора выбрать, на чьей ты стороне.
И я выбрал. После колкого замечания девушки.

Охарактеризовать дух Interbellum,а как в искусстве, так и в литературе, выявить хрупкое равновесие его тенденций и противоречий в образе жизни и психологии, поставить под сомнение в его противоречиях призыв к новому порядку — амбиции настоящей работы. Конечно, в ней предсознательные импульсы, лежащие в основе очарованности историей.

Где треск Крещенского мороза? \ Звезда была. Была зима. \ Рождалась жизнь. Рождались слёзы. \ Рождалась счастья кутерьма. \\ В той кутерьме стихали грозы \ В течение двух тысяч лет. \ Есть жизнь. Есть радость. Счастья слёзы. \ Крещенского мороза нет. \\ Но мы по-прежнему желаем \ Друг другу мира и добра. \ Не в воду, в мир Христа ныряем. \ Он есть. Крещён Он. Жить пора.

...идейным ядром повести Хаецкой является конфликт двух антропологий – трансгуманистической и христианской. Христианская антропология требует создания иерархии духа и тела, признавая тело достойным вечности, в то время как трансгуманизм, провозгласивший тело наивысшей ценностью и единственным способом достичь счастья, признает его несовершенным материалом, объектом для переделки.

Ни материалисты, ни идеалисты не смогли определить ни сущность мироздания, ни источники изменения и развития живых существ вплоть до появления человека, ни причину изменения среды, окружающей живые существа именно так, чтобы они могли существовать и развиваться в ней. Это, по-видимому, объясняется тем, что материалисты считают сознание продуктом саморазвития мертвой материи, а идеалисты полагают, что сознание само творит материю, в том числе и живую. Однако, вполне возможно предположить иное.

Каждое из ныне существующих идейных течений в России несёт в себе особый образ русской Утопии. Это относится даже к неолиберализму, когда этот неолиберализм искренен, а не проплачен западными грантами. Именно Утопии и формируют эти течения, являются их идейной основой. И вне Утопии какое-либо массовое движение в стране существовать не может.

Светлый стоицизм мерцает за строчками: «Герменид говорил, когда мы умрем, очень удивимся. Скоро я это узнаю. Я уже на краю того моря. Я уже в нем. Погрузилась до пупа. И, кажется, до пупа растворилась… Я – Соляная кукла. Скоро я узнаю то, что уже знает мама».

Ольга Балла: "...Языком этих мест мне выговаривалось и по сию минуту выговаривается самое коренное о жизни, смерти, смысле, надежде и безнадёжности, одиночестве и совместности и прочих экзистенциальных константах. Что до снулых коробок, в частности пятиэтажек, – это вообще область интенсивных проекций. Москва вся состоит из памяти: чем дальше, тем больше, это её основная материя; она вся жгучая, вся – текст, который состоит из подтекстов… вся из чувствительных нервных узлов, коснись любого – вся психосоматика содрогнётся. Вся Москва с Московской областью, особенно по Ярославской железной дороге, – моя персональная смысловая и эмоциональная история, личная экзистенциальная карта, постоянно подвергающаяся дорисовыванию и уточнению.

Два раза вышедши на вызов, \ И утвердив с галёркой связь, \ Старомосковская актриса \ В пустой гримёрке заперлась. \ В чепце сценическом и гриме, \ В воздушных рюшах старины, \ В морщинах старческих – бог с ними! – \ И как без них? Они нужны. \ Хотя бы вечером, для роли, \ А дома всё равно – одной. \ А утром – в театр: «чего же боле?», \ Что нужно старой да больной?.. \ Актриса в зеркало глядела, \ Рукой сухой стирая грим, \ Где немец кукле онемелой \ Грозился выстрелом своим.

...мы можем составить психологический портрет среднего европейца, который и является создателем современной цивилизации. Это человек, готовый заключить сделку с дьяволом для достижения власти над миром, безразличный к чистому знанию, отбрасывающий рыцарские добродетели и способный на любое преступление для получения удовольствия. То есть полная противоположность тем европейцам, которые формировали систему ценностей в XII веке. Возникает вопрос: что это за люди, откуда взялись, из какого ада вылезли?

...Хлебников, зачем-то вернувшийся из Персии, где его признали дервишем, и даже подарили соответствующий халат, не считал, что лошади глупее людей – и не способны понять про время, про которое понял сам… нечто математически-поэтическое…