Рейтинг публикаций

в глухих валторнах сомневаюсь ежечасно \ в бреду играющих мой осторожный текст \ очередной, с утра с заплаканных невест \ как будто тушь потёкшую смывая чем-то страстным...

Святочные рассказы А. Седого не менее искромётны, остроумны, чем у его знаменитого брата. Антон Павлович Чехов с большим вниманием относился к этой стороне творчества Александра Павловича, редактировал его рассказы, подавал творческие советы. Иногда произведения братьев Чеховых печатались вместе на страницах одного и того же издания.

Рыба, плеснувшая в небесах, отразится в сознанье вечным символом глубины: а поиск и должен быть глубок. Мультфильм, полный субстанцией тайны.
Мультфильм метафизичен: он – о корнях бытия; в том числе таких, как тепло дружбы. Ёжик всё-таки приходит к медвежонку, чтобы ни случилось в пути, как бы туман не густел, какая лошадь не появлялась бы, маня необъяснимою белизною.
Белизна – символ чистоты.

Грибоедов и Одоевский состояли в родстве не только по крови, но и по духу. Возможно, в образе главного героя «Горя от ума» Александра Чацкого – горячего борца с крепостничеством, косностью, несправедливостью – нашли воплощение некоторые черты Александра Одоевского. Сам он ощущал то самое «горе от ума» – разлад между разумом и чувствами: «ум может ли быть в вечном согласии с сердцем?» «Ум с сердцем не в ладу», – говорил о себе Чацкий.

Впервые этот сон увидел перед свадьбой, было неловко, вроде от содеянного чего-то постыдного, однако, желание вновь и вновь увидеть его, овладело им. В его жизни было всё: красивые женщины, престижные выставки, звания, награды, но чувств как от той, мимолётной встречи больше никогда не испытывал.

Глаза открыты. Утро. За окошком лайнер \ Из дальней Африки, где жаркая Мали, \ Летит неспешно, грузно над районом спальным, [ А во дворе жужжат и носятся шмели. \\ Лучи из облачных прогалин и проталин \ Пересекают неба северный разлив, \ Зовут к себе. Их зов по вечерам печален, \ Но по утрам он прилетает из Мали.

Дай что ли ты мне сигарету! \ Пока я иду, словно без тормозов. \ мне всё здесь Евангелие! Просто всё!\ На космос весь и на планету! \ Пока перейдём, проплывём и всосём, \ пройдёт и зима с весной, летом! \\ Итак, эта улица – рыбная мгла! \ В квартире на пятом я здесь прожила \ всю молодость, зрелость и старость, \ а улица – это асфальт и бетон, \ как с кирх православный доносится звон, \ с антенн так вороны срывались! \\ (...) Одной только улице, как янтарю, \ Космическая, только с ней говорю, \ с её небом, солнцем, Окою! \ Мел крошится, ибо блажен, кто учёл, \ мне только сюда, словно бы в лодку-чёлн, \ с другими на кой мне? \ На кой мне!

Прощайте, чопорные фрязи! \ Полу-ваятели Руси… \ Повсюду каменные вязи, \ И барельеф везде висит. \ Послам Флоренции не рада, \ Там, где кирпичная ограда, \ Кутафья башенка Кремля... \ В гостях соскучился и я...

Я был ребёнком маленьким, когда, \ С игрушками играя, взял я в ручку \ Диковинную новую игрушку: \ В траве на солнце нежилась она. \ Её зажал в ручонке я, а дед мой, \ С лицом, белее мела, стал меня \ Упрашивать, чтоб я ему отдал \ Забавку эту, но ещё сильнее \ Я сжал в ладошке диво-скорпиона. \ Тогда отец мой добрый подскочил, \ Взяв то, что было под рукой – и тут же \ Отрезал хвост разящий и клешни. \ Садовых ножниц лязг я помню, так же, \ Как помню огорчение моё.
Теперь с верхушки дней и лет я вижу: \ Случайностей на свете не бывает.

...Сейчас, или никогда. Рина сделала два финта передней рукой и, едва заметно, дёрнула правое плечо. Таня быстро закрылась от правого удара, но Рина в прыжке выкинула левый хук, который попал сопернице точно в челюсть. Удар потряс Таню. Пружинистый настил ринга мягко подкинул упавшее тело девушки… Отсчёт рефери и редкий, в женском боксе, нокаут. Рёв толпы, мутный взгляд Тани, софиты...

Птица стучится. \ Куст шевелится. \ Ночи бездонной падь... \ Грядущего \ в зеркало заднего вида – не увидать, \ не увидать...

Для общего движения в Космос (при этом Землю полностью и насовсем оставлять необязательно) необходимо прийти к единым ценностям, пусть даже широкому их полю, но тем не менее. Как есть в мировых религиях различные ветви, как многими стеблями растут деревья и в итоге образуют богатую и широкую крону, как у человечества есть стволы расы и ветви народы, так и ценности прорастают и плодоносят в общественном сознании обилием побегов (конечно, нередко и скудостью или вовсе отсутствием таковых).