Рейтинг публикаций

Ты придёшь ко мне в сне ускользающем, \ сладко тающем, как леденец… \ Ну когда же ещё, ну когда ещё \ мы увидимся наконец?! \\ Не снотворного жажду укола я, \ ты теплом своих глаз успокой... \ Жизнь большая, холодная, голая, \ я не знала её такой. \\ Прочь из утра, блаженство крадущего, \ я пишу тебе сонный сонет… \ Жаль прошедшего, страшно грядущего, \ настоящего больше нет.

«Я обязательно должна их полюбить», — снова и снова думала она о каждом встреченном ею человеке, и чем страннее звучали эти слова, гулко отдающие эхом и пульсом в ее голове, тем больше она была уверена, что именно это она и должна сделать. Принять и полюбить.

Период младенчества завершился. Господь привёл Свой народ в Землю обетованную, теперь ему самому её завоёвывать, ему самому себя от божеств чужих оберегать. Услышав эти слова посланника Господа, зарыдали евреи и, как всегда делали в случае важных событий, отметили это место на карте новым топонимом — Бохим (дословно: мы плачем)...

7 августа легендарная группа «Deep Purple» выпустила новый полноформатный альбом (...) появление «Whoosh!» – это сенсация. В XXI веке «Deep Purple» не записывали ничего более значительного.

Роман перевели на пять языков и напечатали в двенадцати странах, но не здесь. Здесь его самого, автора, начали выслеживать, вынюхивать, выкуривать из норы анонимности, чтобы прикончить. Но он не дался. Взял имя Евграф – «пишущий хорошо» – и залёг на дно. Кто он, где он, зачем он, сам порой не помнил.

Стих дидактический, хотя и скрыто: коли не найти гармонию меж внутренним и внешним, не жить вам, люди!

Мне нужно записать это, но у меня нет подходящего инструмента – ни ручки, ни гусиного пера, ни кисти. Тогда, не придумав ничего лучше, я ломаю себе бивень, макаю его в собственную тоску и вывожу первые строки на полотнах своего разума – это мое откровение о том, что было и что будет, о том, что случилось или еще только случится, как и о том, чего никогда не случалось.
Я помню, что вначале было слово. И слово это…

...замечая воровство мы фиксируем внимание на воровстве, и многие туда и ломанутся, а фиксируя внимание на благородстве, нежности и честности, и – глядишь туда ломанутся, и жить станет лучше. Так какой путь милее и эффективнее?

...сделать пять публикаций, устроиться на фиктивную работу... с головой нырнуть в порочный водоворот лжи, грязи и позорных усмешек...

ВИРТ. Если ты не будешь слушаться, я уйду, и ты останешься один.
КОЛЯ. Я буду слушаться, буду! Только играй со мной! Мне так одиноко!
ВИРТ. Хорошо. Теперь нужно тренировать смелость. Взрослые все смелые.
КОЛЯ. И тогда они станут обращать на меня внимание?
ВИРТ. Они будут восхищаться тобой. Ты готов?

"Я принадлежу к тем людям, для которых дом, в котором они родились и выросли, не только не стал символом защиты, прелести и прочности жизни, но разрушение которого принесло огромную радость. Ни "отеческих гробов", ни "родного пепелища" у меня нет, чтобы опереться на них в трудные минуты; родства по крови я никогда не признавала, и так как природа не дала мне ни панциря буйвола, ни когтей, ни зубов пантеры и так как я не искала способа, как нарастить себе двойную кожу и как отточить зубы, то я и живу – без опоры, без оружия, без тренировки для защиты и нападения, без собственного племени, родной земли, политической партии, без прадедовских богов и гробов".

Мыслительный водораздел истины и лжи, божественного и демонического, к которому подошел в своих трудах Павел Александрович Флоренский — это своеобразный порог, за которым разум вступает в тонкий мир архетипов сознания. Там, за этим порогом, находится решение всех антиномий — ведических, античных, апокалипсических, антиномий чистого разума Иммануила Канта и философско-математических антиномий, и этот порог предстоит перешагнуть каждому искателю истины.