Рейтинг публикаций

...что есть созерцание? Полнота внимания не к <смыслам>, а точнее - не к стереотипам <понимания>, а к тому, что есть, что просто ествует, магически присутствует в истине-естине, волхвует, истекает тайной.

- Да ты не волнуйся, - сказала Нора. – Они месяц могут лежать, а то и два. Мы туда добавляем компоненты для свежести: желирующий агент, удерживающий. Очень важно удержать влагу. Сохлые щечки хуже, чем сочные, сам понимаешь.

Открывая альманах «Черновик», попадаешь, как Алиса, в целый мир, яркий и странный.

У Андрея Башаримова вышла первая книжка - "Инкрустатор", большой и трудный роман. С чем мы его и поздравляем. Малая проза Башаримова построена по тем же самым принципам, что и его объёмные тексты, поэтому представление о них можно получить и из вывешиваемых в нашей библиотечке миниатюр. Не хочется больше рассуждать о влиянии на Башаримова "нового романа" или о последышах Владимира Сорокина. Это просто хорошая, хотя и не слишком привычная пока что, для нас, проза.

...чем больше «объемлешься поэтом» – тем выше ИМ восхищение и всегда непосредственно, и никогда наоборот, и дальше – больше, больше…, при том, что живой Пушкин никогда не озабочивался стать иконостасом. Просто заданный им стандарт качества его жизни пронизан столь высоким Идеалом, что кажется и превзойти его нельзя – хоть бы каким боком «к нему прикоснуться»! Поэт и поэзия слились в нём в вершинной иерархии «структуры личности», и в видах этой «конечной точки» все мелочи жизни оказываются не более чем муравьиными хлопотами у подножия холма.

Есть автор мало того, что сам пишет свой роман (что уже аномалия для современного литературного текста) – он при этом еще и думает. Ситуация скандальная.

Медленной рыбой между раковиной и плитой… \ Окно — иллюминатор.

Глава десять. Продолжаем публикацию романа новозеландского прозаика Иджен Варнер, оригинал которого изначально был написан по-русски, а теперь ищет издателя. "Все все мечтают о необычной судьбе, никто не хочет быть серой посредственностью, и если ты сам не можешь стать Моцартом, можешь, хотя бы, стать тем, кто сделает Моцарта великим, открыв его талант миру..."

Существует поверье, что нашедшего голубое соечье перо ждут счастье и удача. Сойки роняют эти перышки в самых труднодоступных участках лесов и болот, словно догадываются, что легкого счастья не бывает и быть не может.

...Тарковский планировал воспроизвести на экране целую череду в высшей степени ярких отречений: бегство из Ясной Поляны Льва Толстого, уединение от мира в пустынь аскета - святого Антония, уход в мир своих внутренних <подлинников> Эрнста Амадея Гофмана, полифонную цепочку отречений датчанина Киркегора: вплоть до Голгофы Иисуса из Назарета с его тотальным отречением и полной трансформацией.

От одной культуры мы уходим, другая же только нарождается, мы изменяемся, "выходим из себя", не зная, куда мы, все-таки придем. Что за культура скрыта в наших преобразованиях, как о ней говорить, зачем о ней говорить?

Впадая в грех обобщения, всё же придётся выразить нечто, что чудится сущностью фильмов Жака Риветта – это пустота или, вернее, отношение к пустоте. Фильмы Риветта делятся на те, что вращаются вокруг пустоты, и те, что находят к ней путь прямой и неотвратимый. Пустота равно смерть, безумие, небытие, немота, обрыв мысли, разрыв чувства, скомканное окончание истории. Зияние...