Рейтинг публикаций

Ван Гог – именно ницшеанец, а не гуманист снисходительный к недостаткам, или сочувствующий трудовому народу, или кем он там ещё трактуется.

Какое такое, положа руку на..., наше положение? Конечно, оно должно быть, если мы претендуем на какую-никакую положительность, ибо положительность немыслима без того места, куда нас положили (поклали). Но здесь никак не отделаться вот еще от какого гаденького смысла: мы, как гувернантка, оказались в положении. Барину-то что - он уехал и сейчас в Петербурге, а мы - страдай... Часто, определяя свое расположение относительно власти, народонаселение со вздохом говорит: власти на нас положили (с полным прибором). Ну, положили - не наложили. Терпите, сердешные.

У Баха старая проблема «Добра или зла человеческая природа?» решается в духе представлений о «подготовленности» или «неподготовленности» (это сближает его с буддизмом).

Я прижался к стене, лихорадочно выискивая глазами какую-нибудь подворотню, где я мог бы укрыться: напрасно, я оказался в ловушке. Мне оставалось только ждать, когда погоня и ее жертва благополучно меня минуют. Но этому не суждено было осуществиться.

Он был упрям. Если на пути его было препятствие, силы его удесятерялись. Если не было препятствий – он искал их и находил. Из мухи делал слона, стадо слонов. И убивал их поодиночке. А потом хвастался: «Когда я охотился в Африке...»

В городе Малмыже, после Октябрьской революции, сложилась исключительная обстановка вследствие наплыва туда культурных сил.

Стиви не ожидал подлого приема, чего уж там. Он просто купился на известную шутку бывалых космодесантников: отвлекая внимание противника правой рукой, резко двинуть слегка заведенной за спину и потому <неопасной> левой с зажатой в ней семисотмиллиараловой бутылкой Центаврийского Крепкого, этого любимейшего напитка самых беспринципных парней в галактике - Федеральных космодесантников.

Имеются в виду Иисус Христос, Гамлет и Раскольников - герои трех знаменитых литературных произведений. Все три текста по сюжетной канве являются политическими детективами, если учесть, что и в <Преступлении и наказании> в центре водоворота страстей все же поставленный <вообще> вопрос о власти, то есть политический вопрос. Главные герои всех трех историй молодые люди необычайных дарований. Кажется, при таких талантах, они могли бы достичь любых целей, любой власти, принести много пользы, но почему-то они выбирают из всех путей пути самые неподходящие, ведущие к страданию и гибели, и не только их самих.

Молю, Господи, да внемлет ухо Твое молитве раба Твоего, молитве рабов Твоих, жаждущих страшиться имени Твоего, молю, \ дай ныне достичь рабу Твоему, пошли ему милосердие этого человека»; \ был я у царя виночерпием.

Отчаяние – это глобальная экзистенциальная проблема. Судя по ряду процессов, происходящих в русской и мировой культуре, эта проблема становится всё более актуальной. Вопреки отработанным техникам скрывать, прятать, утаивать... Вопреки внешней победе этих техник в пространстве современной культуры.
Отчаяния всё больше.

Роман Проханова, изданный в газетном варианте совместно газетами "Завтра" и "Советская Россия", я прочитал уже после обсуждения и потому вставляю свое слово задним числом. Проханов, конечно, талантлив. Он мог бы стать очень большим писателем, если бы не удручающее и неистребимое дурновкусие его прозы.