Рейтинг публикаций

Все смешалось в голове Ястребова, будто это была не голова вовсе, а какой-то дом Облонских. Оксанка отдыхала в подсобке, но в то же время она почему-то забивала гвоздь. Ястребов был готов подумать, что стук ему просто пригрезился: ведь пригрезилось же ему, что кто-то в той же самой подсобке отчетливо произнес: – Асса!

Российские деконструкторы в ходе перестройки постсоветского тоталитарного пейзажа следуют своим «русским» путем и выходят в своей запальчивости на «беспредел», организуя «окончательное решение» культуры и возвещая приход «акультурного» мира, правда, как кажется, только в отдельно взятой стране – России

Мне нравится, как пишет Юрий Горюхин. Словно рвет тряпки.

Музыка, как и любовь, есть одновременное (в пределах музыкального события) проигрывание двух схем – «нарциссизма, позволяющего взгляд со стороны, и мастурбации, не допускающей никого между»...

Меньше всего я хочу принизить Высоцкого, который был и остается, перефразируя товарища Сталина, лучшим и талантливейшим поэтом эпохи семидесятых. Прочие, с позволения сказать, поэты этой эпохи были просто плесенью. Кроме того, Высоцкий был смелым человеком, не боявшимся говорить то, что считал правильным.

...отчуждение, которое нарастало пропорционально развитию массового общества, не есть отчуждение работника (производительной силы) от продукта своего труда, а есть отчуждение личности от собственной свободы, от самобытия...

Думая потом, каким приемом он воспользовался бы, чтобы проиллюстрировать основной мотив их жизни, встреч и расставаний, триумфов и разочарований, подъемов и упадков, обретений и потерь, удач и наоборот, любви и ненависти, снов и бодрствований, он бы использовал ту концовку, придуманную даже не им, а одним из эпигонов, продолжавших после него благородное дело ее осуществления, а именно – последний кадр, в котором она устало закрывает глаза, уходит в затемнение, которым все завершается

Слоненок от стада отбился, \ На Север побрел одиноко \ И неведомо как очутился \ В России, чужой и далекой. \\ Он блуждал по Сибирской равнине, \ Безрадостной и угрюмой. \ Было страшно ему на чужбине, \ Тяготился он мрачною думой. \\ Утирая хоботом слезы, \ В рощу забрел он в тревоге, \ И над ним взметнулись березы, \ Как слоних утонченные ноги. \\ Он по роще в тоске заметался, \ Задевая в безумном круженье \ Стволы бивнями, и упивался: \ Сок березовый пил в упоенье.

Вот уж действительно та тема, когда встречаешься раз в секунду из вечности и расходишься на никогда, на все остальные секунды…

Заповедь «не укради» канула в лету в роковые девяностые годы. «Бери, сколько хочешь» – этот лозунг касался не только суверенитетов, но и народного достояния. А уж украсть у новоявленных бизнесменов, так это просто святое дело!

...творчество Кимитакэ Хироака (Мисимы Юкио) — есть авторское приглашение читателей на собственную самурайскую казнь...

Не знаю, пока не подсчитали. Несколько тысяч, а может, и больше. Останки-то под каждым кустом.