Рейтинг публикаций

Новая книга Маруси Климовой.

В город приехал Агдам на колесах, / Осень и мокрый табак в папиросах, / Очередь, очередь - долгая мама. / И вот объявляют - нету Агдама.

Главное богатство Синего колодца - глина. Она хотя и глубоко залегает, в шести метрах, зато разнообразная, что очень важно в гончарном деле. Есть например черная глина, “гадюка”. Из нее кстати слеплена хата...

Будучи главой большого семейства, в котором росли десять детей, Диккенс задумал сплотить в единую обширную семью своих читателей. В обращении к ним в диккенсовском еженедельнике «Домашнее чтение» были такие слова: «Мы смиренно мечтаем о том, чтобы обрести доступ к домашнему очагу наших читателей, быть приобщёнными к их домашнему кругу». Атмосфера «семейной поэзии» художественного мира Диккенса имеет особое очарование. Критик журнала «Современник» А.И. Кронеберг в статье «Святочные рассказы Диккенса» верно отметил: «Основной тон всего рассказа – непереводимый английский home».

Новый рассказ от питерского подпольщика, хорошо известного читателям нашей библиотечки, короткий, как сам персонаж этого текста. Этим, кстати, и интересный - обычно, Башаримыч ваяет монументальные полотна (<Инкрустатор>, <Пуговка>), для его творческой манера важна длительность, протяжённость, медленный разворот и гниение дискурса, а тут - такая малость. А манера - она всё та же, манеру, её не пропьёшь. Пустячок, а приятно.

Граф Витте проложил железную дорогу от Ельца до Москвы, и она прошла через наши края.

Глаза — первый и последний признак существу, что хранит оно образ и подобие Господа

- Сейчас быстренько чпокну и гуляй, - сказала врач. – И помни, некоторые психиатры намеренно кладут в больницы людей, оснащенных федеральными чипами под видом естественной шизофрении. Вредительство.

Он, Иван Афанасьевич Овчинников, — явление в русской литературе и фольклористике. Долгое время о нëм шумела Москва, и до сих пор ещë гуляет эхо в еë художественной элите. Человек, при жизни ставший легендой, определивший своим редчайшим литературным вкусом ряд направлений неофициальной поэзии и прозы, сам при этом сохранивший здоровую, «нечернушную» основу своего творчества и мировоззрения, без которых трудно представить себе культурную жизнь России.

Он, Иван Афанасьевич Овчинников, — явление в русской литературе и фольклористике. Долгое время о нëм шумела Москва, и до сих пор ещë гуляет эхо в еë художественной элите. Человек, при жизни ставший легендой, определивший своим редчайшим литературным вкусом ряд направлений неофициальной поэзии и прозы, сам при этом сохранивший здоровую, «нечернушную» основу своего творчества и мировоззрения, без которых трудно представить себе культурную жизнь России.

Приедет наш в Китай, скажет Ху Цзинтао – почему рыбу скупил? Нефть отключу, если будешь так делать. Китаец поюлит, похнычет и сделает для москвичей дешевую горбушу, а у нас все равно дорогая и тухлая останется.