Рейтинг публикаций

Бога исповедуем! Господу хвала! \ Земли величают Предвечного Отца. \ Ангелы, и Небо, и Силы без числа, \ Сонмы Серафимов взывают без конца: \ Свят, Свят, Свят \ Господь Бог Саваоф! \ Весь земной плат, \ Весь Небесный покров \ Его славой горят, \ Его славой полны! \ Бог родился. Вошел в нашу явь, в наши сны.

Я хотела бы выкричать эту любовь, где моё, \ а не общее, но не могу, не могу в общей боли. \ Ледяные громады гремят. Так, наверно, гортань \ прочищали все русские боги. У той Алатыри \ был Алёша Попович, Добрыня Никитич, Илья \ достоверный наш Муромец. Можно ли быть богатырьей? \ Лишь тельняшка твоя, что на полке хранится в шкафу \ и берет со значком, твой альбом, что из армии, бутсы, \ бирюзовыми флагами, всем, чем могу, тем зову, \ а, точней, заклинаю: вернуться!

Ты коснулся меня крылами, \ о, мой час, и умчался прочь. \ Как мне жить с израненными устами? \ в одиночестве день и ночь? \\ Ни семьи, ни дома; для тех пою, \ кто меня, верно, и знать не знает. \ Только вещи перенимают \ слишком щедрую суть мою.

Когда в мистическое нечто \ Проваливается наш мозг, \ В него вливается Путь Млечный, \ И вырастает некий мост. \\ Где страх? Где жизни назначенье? \ Где транспорт? Где лавины шум? \ Ах, это плавное везенье \ И тёмных дырочек изюм!

Над звёздами дощатые помосты, \ Чтоб в темноте не растоптать, \ Скрипят под вечными вопросами, \ Как бездны старая кровать. \ \ Почти достиг высот крещендо \ Цветастый спектр холодных льдин, Вулканом – извергом землетрясений – \ Запёкся стылый мандарин.

Но не дано коту признать свою неправоту.

Черновики судьбы, записки на манжетах — \ всё походя, всё наспех, впопыхах, \ стремительная смелость, сизый страх, \ заёмные у вечности сюжеты, \\ терцины и октавы, и сонеты, \ всё пережить: успех, позор и крах, \ и вновь лететь стремглав, на всех парах, \ от «а» до «я» разбрасывая меты \\ и в скалах пробивая торный путь, \ в судьбе прокладывая торную дорогу, \ освободившись от оков и пут, \ чтоб навзничь пасть, споткнувшись у порога, \\ вблизи от истины бездарно голодать, \ а было до неё рукой подать.

Всё небо, как родной, совсем далёкий дом, \ и бедная душа, с дорогой незнакома, \ стремится вверх и вверх, надрывно, до надлома, \ срываясь в ночь, и Днепр, и стонущий паром. \\ И топкий, чуждый мир, одетый в камыши, \ отходит от неё, речным огнём колеблем, \ коробится на ней, как рыхлый переплёт, \\ а настоящий мир, отечество души, \ зовёт её к себе своим великолепьем, \ но тяжестью своей подняться не даёт.

Было утро, которое будто: \ не обильное небом, а скудное, \ заволоченное, замороченное, \ будто вышло на выброс, просроченное. \ Мне досталось оно не по внешности. \ Что ещё вам поведать о нежности?

я над подземною Москвой \ по слякоти иду... \ там где-то люди подо мной – \ там их земной приют... \\ там воет ночь, что нет луны \ там рвётся навзничь крик \ там серебрится бузины \ рассыпавшийся лик...\\ а здесь гроза и ничего \ здесь нет календаря \ здесь только высвеченный дом \ из молний по краям...

Ныло и пело \ Внутри и вокруг \ Ломкое тело, \ Несломленный дух.