Рейтинг публикаций

А какая разница, // Собственно говоря? // Иногда – касается. // Чаще – до фонаря. // Иногда красуемся, // Вроде – все из себя. // Нестыковки – дуемся, // Чем-нибудь залепя // В стеклопластик. Нервные // Выдались времена

Авангард, бунтуя «против правил», всегда торопился на рынок. Тот же «Черный квадрат», прикидываясь искусством, становится товаром, на это и рассчитан

О контактах с редакцией журнала.

…значимость прежних поэтических достижений определяется не только историческим значением той или иной личности, прежней влиятельностью той или иной поэтической моды, но и тем, насколько следы прошлого присутствуют в структуре современной поэзии, входит ли прежнее Слово в живой состав актуального художественного языка или оно уже омертвело. Это важно понимать, если мы хотим разобраться в том, что есть на деле эта самая «современная поэзия» и какие процессы в ней происходят.

ты будешь, пребудешь, пребудешь \ дитя умершей, \ посвященное НЕТ моей страсти, \ венчанное шрамом времени, \ куда привело меня слово матери, \ на то, чтобы ровно раз \ задрожала рука, \ что берет и берет за сердце.

Опричники были очень смелыми. И эту смелость навсегда унаследовала вся бесконечная вереница наших всевозможных спецслужб.

Железным человеком казался Михаил Израилевич, а в действительности сам трясся и дрожал: жена-то у него полька! Душа по-заячьи в пятки ушла, когда свояченицу Мальвину из энкаведешных уборщиц выперли. Вот-вот до любимой Казимиры доберутся стукачи-палачи. Поэтому в первую очередь велел поляков уничтожать, дабы не заподозрили в благоволении к ним. И началось...

– Молчи, молчи, – Он навис надо мной и произнёс шёпотом. – Тебя, тварь, передадут под юрисдикцию чеченской прокуратуры. Там по-другому разговаривать будут. Запоёшь, как миленький. Говори! Твои, чтобы остаться под Российским законодательством уже сознались, слёзно расписывают все ваши злодеяния. А тебя будет судить мой народ. Говори!

Тихий дворик. Дорога сырая. \ Были в луже скамейка и свет. \ Да, я здесь проходил, вспоминая. \ Здесь я понял, что времени нет. \\ Полуспущенный шарик воздушный, \ Позабытый, лежит под кустом. \ Летний вечер, спокойный и душный, \ Стал осенним в пространстве пустом. \\ Падал снег. И ложился. И, тая,\ В блеске луж сохранял синеву. \ Эта истина слишком простая, – \ Что на свете я вечно живу...

С сожалением вынужден заметить, что Оркомитет премии имеет очень странные представления о том, что такое жюри, для чего оно существует и как оно должно работать.

Такой наглости Родик не ожидал – лично он, поменявший за свою жизнь целых два садика – один возле Беш Мяртябя, другой – на Ази Асланова, дураком себя не считал! Даже наоборот – за три четверти, которые он уже успел отучиться в школе, лучше него писала и считала только девочка Оля! А читал Родька – лучше всех! Его даже по телевизору показывали, когда ему пять лет было – из библиотеки имени Белинского как самого маленького читателя!

Возвращаясь вчера на автобусе домой наблюдала напугавшую меня чуть не до смерти, отвратительную сцену: женщина-даун, на вид лет 20-40, светловолосая, раскрасневшаяся, похожая на добрую бабу ягу, стоя, с независимым видом, целовалась в подробностях с неплохим юношей, с чёрными глубоко посажеными глазами, восточного типа тёмным лицом, правда, кое-где подпорченным угревой сыпью.