Рейтинг публикаций

Когда мы умрем, окажется, что прежде – мы были живы,/ и это было не худшее из многих возможных зол

Книги казались ей океаном, который ей никогда не переплыть.

Наверное, это были психоделические галстуки.

В беседах и суждениях <Луньюй> сказано - низменное и чувственное начало <ци> должно подчиняться разумному и творческому началу <ли>.

...после уроков, когда Шнобель и Сырок вышли из школьного подъезда, свернули за угол и побрели по асфальтовой дорожке мимо мусорных баков, дорогу им преградил Леша Майский и с очаровательной улыбкой на лице сказал:
- Пацаны, есть серьезное дело!

Но, насколько я помню, ничего не помогало.

Мы побежали следом. Коридор изгибался, ветвился, и мы едва видели в прыгающем круге света, куда сворачивает Бог. Длинная, до пят ночная рубашка путалась у Него под ногами, и Богу приходилось на бегу по-женски придерживать одной рукой подол. По пути куда-то исчезли милиционеры, и скоро из преследователей остались только мы с Королевиным, который потерял простыню и теперь бежал, картинно работая руками и экономя дыхание. Вдруг впереди открылась дверь, мы прибавили и ворвались вслед за Богом в ярко освещенную комнату. Там, на расставленных вдоль стен стульях, сидели наши - Петрович, электрик Женя, зять, оба милиционера и пожилой доцент Егор Данилович. Когда вошел Бог, милиционеры встали и, взяв Его за руки, выстрелили Ему из пистолета в живот. У Него потекла кровь, и Он упал. Мы немного постояли около Него, а потом Бог умер, и мы пошли по домам.

Я ненавижу этого Мунка. Он тоже из породы юкхык-мыкхыков. Сопливый и хлипкий норвежский юкхык-мыкхык, превративший живопись в грязную, вонючую мазню. Психопат! Махровый истерик, чтоб ему!

"...Если такие полномочия имеются – в путь! Указывай! Несчастным, но счастливым актерам! Они привыкли к хуле и славе. Зрителю же указывать – не сметь! Зритель – жертва, а не жрец. Христианский младенец, с позволения сказать! (...)"

Совсем недавно закончилась война во Вьетнаме, и мы в первом классе делаем для вьетнамских детей подарки. Какие-то пластиковые аппликации. Дошли ли они до Вьетнама – не знаю. Вряд ли их украли – училки или кто там ещё – уж больно жалкими были наши поделки. Наверно, пылились благополучно в ящике, пока их не выкинули.

Коленька не был бандитом. Просто он терпеть не мог фамильярности.