Рейтинг публикаций

На моих уроках всегда тишина, спокойствие и полное умиротворение. Спросите, как я этого добился? Отвечу. Во-первых, надо быть твердым и уверенным в себе, малолетние подонки это чувствуют. Во-вторых, необходимо научиться всегда четко аргументировать сказанное, это нелегко, но возможно. В-третьих, особый подход к воспитанию ребенка: тонкий баланс кнута и пряника. Ну, а в-четвертых, разумеется личное обаяние, не без этого. Извините, конечно, дорогая Анна Валерьевна, но ни в один пункт вы не вписываетесь. Печальная правда жизни. Увы, к сожалению, льстить не могу, не приучен. Как говорится: Станиславский мне друг, но Немирович-Данченко дороже

Статью про будущий крематорий я написал в тот же вечер. Она очень понравилась Старку.

И все о чем мальчик мечтал

Познанию как таковому присуща какая-то неистребимая сущностная секулярность, неспособность видеть противоречивость, проблемность, и, в конченом счете, непостижимостью предмета исследования. И в знании не только скорбь, но часто и необоснованное самомнение, и откровенная глупость. Поэт же фактом своего творчества свидетельствует о непостижимом, которое и есть самый мощный исток вдохновения. Тайна – вот истинная муза искусства...

...«Человек-вселенная!» — говорили Верины однокурсники. Студентки протягивали ему свои номера телефонов прямо в коридоре университета, великовозрастные дивы на Невском проспекте останавливались как вкопанные и нарочито небрежно начинали расспрашивать, как проехать к Исаакиевскому собору. Подобное отношение к иностранцам было очевидно и естественно в то время, и, хотя Веру раздражало подобострастие русских девушек к иноземным гостям, в глубине души она понимала, что всенародное признание придает ее нелепому ухажеру романтический ореол.

Вернеровские пенсионерки оскорбились бы, если бы их сравнили с рыбинскими бабками. Но и те, и другие были типичными «брежневскими старухами». И то, что эстонки лучше одевались и пользовались косметикой, не имело на самом деле никакого значения…

Толик забыл уже и перманентное и сакральное. Вечное Толик забыл.

Кстати, насчет Ф.М. Достоевского. По каким-то причинам психиатры до смерти боятся этого автора. Достаточно один раз произнести его имя - и все, вам хана. На вас ставится большой и жирный крест. Читайте на здоровье все, что угодно: Кафку, Беккета, Паскаля, Деррида, Библию, «Курочку-Рябу», Коран, «Три поросенка» - это все ничего. Что же касается Достоевского, то это очень страшный и подозрительный писатель

Садовничий: Мне представляется, что наука наступившего века, а тем более последующих за ним столетий в большей степени будет сталкиваться с запретами и ценностями морально-этического характера. Их нельзя будет создать или преодолеть только технологическими средствами, сколь бы совершенными последние ни были.

...как долго может разум оставаться в рефлективном сумраке нашего полигона жизни из-за боязни быть обманутым очередной увлекательной иллюзией?

Такая смерть выпадает одному на миллион. Это мужская смерть.