Рейтинг публикаций

Я задумал эту книгу про Гаврилыча для большей славы его потомков! Я пишу ее в знак нашей Шерстоносовой благодарности всем Гаврилычам за их бесценный дар - за поэму “Федорино горе” и портрет человека!
Труд предстоит немалый, я уже вырвал из хвоста большое и красивое перо с завитушками на конце.

ад – это другие, которые ты

Захар перевёл дух, глядя на удалявшуюся по занесённой пылью обочине хрупкую фигуру, утопавшую в пышных кружевах белого платья. Торопится. В ушах наушники, не слышит ни хрена. Завёл машину, поравнялся с попутчицей.
- Эй, невестушка, подбросить? В одну сторону топаем.

...Городок, который за час можно обойти от края и до края на своих двоих, забит автомобилями. Они везде: на дорогах, на тротуарах, во дворах. Это уже шизофрения, сознание раздваивается между элементарным здравым смыслом и фетишем престижа, вдолбленным в людские головы. И вот для этого абсурда все обманывают и обворовывают друг друга.

Конечно, желательно записывать каждое движение вплоть до поднятия головы, взгляда, и шевеления пальцев ноги, но к этому есть препятствия. Если сейчас я без цели, не знаю чем заняться, то все эти движения, если я буду на них фиксировать внимание, будут просто-напросто ложно спроецированными моим вниманием. Чтобы их комментировать, необходимо иметь какую-то цель. Такой облом иметь цель.

Кроме того, я плохо слышу свой голос. Видимо это оттого: оттого, что я слушаю музыку. Одним словом, доктора мне, доктора.

Нам давно не хватало места, в котором мы сидели бы себе по утрам, пока все остальные работают, пили чаек с коньяком, обсуждали оторванные от жизни проблемы.

...братья были близнецами, схожими, как две капли воды. Во всем, кроме одного – один был живым, а другой наоборот – мертвым.

Да, продаю. Пять тысяч.
Ну, не знаю: Пять тысяч.
Да, говорящий.
Что Вы, женщина, - он так сразу не может, видите, он волнуется.
Ну, он же понимает, что продают - и волнуется.
Да,Флобер?
Это у Вертинского, знаете, песня - "Попугай Флобер".
Почему старый?
Он совсем хороший еще, попугаи вообще долго живут, да Флобер?

...за дверью стояла гробовая тишина. Постучалась – вновь прислушалась – по-прежнему, тихо. Приоткрыв дверь, Сашка увидела за ней нечто странное – комнату без окон с тусклым электрическим освещением. Три женщины неподвижно сидели на простых деревянных стульях спиной к двери, точно каменные изваяния. Перед ними стоял мужчина средних лет...

Когда Олег Пересыпкин, всю ночь сидевший на кухне в ожидании Армагеддона, посмотрел в глазок, ему стало понятно, что Конец Света, как он и хотел, будет выборочным.

После дефолта в августе 1999 года ряды уплотнили террористы и олигархи. Дальше, до линии горизонта, стоят памятники обыкновенным людям.

Так или иначе, но фраза эта пережила и СССР, и перестройку, и телемосты, и до сих пор, как ни странно, она воспринимается многими как наиболее точная характеристика ситуации с половым просвещением в советской стране.