Почему сейчас нет гениев и классиков и как их получить?

 

Сейчас нередко сетуют на то, что современной литературе недостаёт признанных гениев, новых лидеров и классиков. Об этом , например, недавно писал Артём Дроздов в «Арионе» и вообще пишут регулярно. Почему же в своё время классическая литература производилась, а теперь нет?

Прежде всего – в наследии развитого средневековья. Когда традиционная культура опиралась на книги и каноны, пользующиеся всеобщим авторитетом. Когда широко практиковалась сакрализации избранных текстов. 

Классика возникла одновременно на основе отхода от средневековья. Узкий круг людей получил возможность создавать свои собственные, авторские тексты. И чтобы тексты жили, они всё ещё должны были иметь возможность стать каноническими. Отсюда и внимание к качеству работы, и желание следовать «общественным тенденциям». Соответствовать запросам «молодых» и относительно образованных социальных слоев. Прежде всего – интеллигенции. 

При этом значительная масса населения находилась в некоем переходном состоянии. Она уже хотела чего-то нового по сравнению с традиционным каноном. Но готова была относиться к этому новому со средневековым почитанием. Масса только начала в сколь-нибудь значительных количествах получать образование. И была готова быть читателями, а не писателями…

В тот же период создавались национальные государства и наднациональные идеологии. На основе светских идеологических систем. Люди стремились объединяться в огромные, максимально единые массы. Которым нужны были символы единства и вожди. Поэтому сначала были классики-проповедники этого единства. А потом – практики – реализаторы. За Гёте последовал Гитлер, за Достоевским – Сталин. 

Необычайно велика роль в создании классиков сети всеобщего образования, вузов и библиотек. Которых в своё время становилось всё больше. И работали там люди с соответствующим «прогрессивным» мышлением. Которые по большому счёту и решили, кто будет классиком, а кто нет. 

Классическая литература – типичное порождение эпохи модерна. Эпохи отхода от средневековья и создания массового общества. Эпохи, стоящей на фундаменте отрицаемого ею средневековья. 

Но вот в нашем обществе средневековье окончательно убили. На месте модерна воцарился постмодерн. Массовое общество разрушилось. Произошла резкая индивидуализация человеческого восприятия. И ещё более радикальное и дробное, чем в средние века, размежевание людей по социально-психологическому и интеллектуальному признаку. 

И начался стремительный закат классической литературы. Школьное образование в условиях отсутствия значимости канона и единства не срабатывает. И классику благодаря его усилиям нередко ненавидят или делают предметом насмешки. В условиях стремительного роста индивидуальных и групповых различий классика интересна только тем, кому она лично нравится. Наличие образования фактически убило свой фундамент. 

Новые писатели могут быть сколь угодно талантливы. И следовать классическим канонам. Или быть радикальными новаторами. Но они никому не нужны за пределами «своего», относительно узкого круга коллег и поклонников. Этот круг может включать тысячи людей. Но он неизмеримо мал по сравнению с общностями людей, созданных в эпоху модерна. Даже если они пишут бестселлеры. Тогда они могут быть интересны аж пяти процентам населения страны или носителей языка! 

Итак, каноны и классики полностью побеждены индивидуальными предпочтениями. У наших современников просто не осталось ничего общего! Так что проблема гениальности и классичности – это проблема оценки и востребованности, социальной необходимости, преодоления постмодернистской раздробленности. Хотя и должен присутствовать достаточно высокий уровень и творческая харизма произведения.

Таким образом, для появления гениев и классиков необходимы новые достаточно монолитные социальные и культурные общности. Может, не сколько монолитные, столько этой монолитности жаждущие.  И не формальные, а реальные. Перед или во время появления которых будут творить некие яркие и талантливые литераторы. Которых в соответствии с местными критериями отбора объявят культурными героями и образцами.

При этом должна иметь место специфическая ситуация в культуре и обществе. Чтобы избежать подражательности и эпигонства в отношении классической литературы модерна и раннего постмодерна, значительная часть нынешнего огромного разнообразия литературы должна быть утрачена. Писатели должны творить, не чувствуя  давления великих предшественников и нередко о них не знания. Как и читатели.

Но одновременно часть, и весьма достойная по уровню, от прежней литературы должна сохранится и высоко котироваться. Как, например, античная литература в эпоху Возрождения и Нового времени.