Рейтинг публикаций

Забавное приключение в духе постинтеллектуализма. Зашел в интернет-салон прочитать почту, а написал манифест. В режиме он-лайн, хотя деньги капали. Постинтеллектуализм – это то, что пишется на коленке.

Тем, кого в силу молодости лет не совсем удовлетворили похождения английского подростка Адриана Моула из недавно изданного у нас двухтомника Сью Таунсенд вполне гарантированно может подойти эта замечательная книга. Здесь и подросток постарше, и пол у него противоположный, и обитает он в Америке. Да и сама книга является первой в интереснейшей серии "За иллюминатором" - серии, представляемой дорогой сердцу книгофила и библиомана "Иностранной литературой".

...без словарей человечеству так же не выжить, как и без слов...

Современная цивилизация находится в самом начале своего пути, она ещё не чувствует и не знает, наследницей какой во всех отношениях совершенной цивилизации она является.

Трудное русское легко и непринуждённо, свободно и счастливо, естественно и просто, хорошо и весело, само собой и без усилий, внутри и вовне, просто так и даром, в себе и из себя, отдельно и вместе со всем, здесь и везде, сейчас и всегда, одним и всеми, один раз и бесконечно, человечески и божественно, искусно и бесхитростно, то есть так, как, собственно, и совершаются действительно матричные, культурные действия.

Всем моим друзьям немножечко посвящается (И еще о книге <Избранник> автора Павла Мейлахса)

“Нет сорняков, а есть растения, растущие не там,” – \ Сказал святой, ко мне подвинув блюдце с войлочною вишней. \ “Нет мест худых; есть исключительно хорошие места; \ Нет нелюбимых чад у Ра, Сварога, Саваофа, Кришны.” \

Не судите да не судимы будете.

Очарованные – те, кто находится в плену застывших традиций, те, кто не может отделить распространённую в его окружении норму от себя самого, те, кто живёт тем, что уже почти не живо...

Черт возьми, у меня, например, этой элитарности хоть жопой ешь!

…Вернадский удостоверяет для биосферы особый системный подход, специфика которого зиждется не столько на трёхчленной конструкции объекта познания, сколько на том, что она сцентрирована на промежуточном элементе или, как говорят в философии, третьей реальности. Вернадский невольно и негласно показал, что проблема третьей реальности есть ключевая проблема неклассической русской науки и, как проблема, зародилась в недрах русского духопостижения.

Наряду с официальными именами, существует бесчисленное число любовных прозвищ: общеизвестных – филонимов, и таких, о которых знают только двое – криптонимов. Каждое желание ни на что не похоже, оно имеет лицо своего предмета, окрашивается его личным именем. Райский язык состоит не из абстрактных универсалий, а из имен собственных, от которых образуются названия всех единичных действий и отношений. Только любовь может творить такой язык, в котором даже слово «любовь» звучит чересчур общо, сухо и бледно.