Рейтинг публикаций

Эрик не так давно прочитал в одном научном журнале, что после приёма большой дозы ЛСД у человека может совершенно измениться личность. Он сыпанул Боровому в чай весь ЛСД, который он смог у приятеля в тот момент приобрести, вывел уже погружённого в сокровенные глубины собственного «я» Борового на улицу и оставил его в компании молодых чёрных людей, столпившихся на тротуаре вокруг гетто-бластера.

Внешний мир бесцеремонно вторгался в их жизнь. И если телеэкран с его развязно-нагловатой навязчивостью можно было и погасить, то как отключить митинг, что несколько дней хамил под окнами. Толпа народу, собранная на деньги, что-то демонстрировала в угоду одним политикам, создавая давление на других. С утра до ночи орали громкоговорители, выплескивая децибелы призывов и попсы.

Зато! зато, читатель, – нет худа без добра – на данный момент основные музыкальные темы, как это и должно быть в пристойной увертюре, уже обозначены, и нам остаётся только их развить, и мы их разовьём, каждую тему разовьём, мало не покажется.

...взять десять кинокартин и посмотреть, что говорят конфигурации их сюжетов, их герои и поэтика – о стране, об общественном организме, о времени.

И что же это, интересно, за работа такая, где знают все детали еще не дошедшего до суда уголовного дела?

Мои картины — всего лишь фрагменты чего-то целого, как, скажем, моя “нога” — часть Наума Брода.

...показательна замена традиционного для физики названия «тело» на словосочетание «материальная точка». Это всё, что осталось от бывшей «царицы» природы и естествознания.

...надежда и ностальгия – два предельных состояния, раскрывающих наше истинное отношение к прошлому и к будущему, а тем самым, дающие более точное понимание того, что есть на самом деле.

- О! Это ново. Уж я думал в химчистках только восточный контингент работает. Приятно знать, что в какой-то химчистке работает русская женщина. Не от хорошей жизни, конечно, а все равно приятно.

Мальчишкам нужны наставники. Не отцы – этого нельзя, того не смей! – а старшие ребята, в отношениях с которыми узаконены правила: пошли со мной, делай как я, попробуй лучше моего.

мама купила в магазине на привокзальной площади маленький глобус и прямо на улице объяснила, где – мы, где – Куба.

Авторский замысел становится понятным, если ты добираешься до конца текста. Или, хотя бы, до его середины. Поэтому прочи-тать следует хотя бы половину. Мы растягиваем публикацию романа на три больших куска, поступая против своих правил (обычно я стараюсь вывешивать тексты небольшими порциями) только лишь для того, чтобы замысел Негина проступил во всем своем первозданном великолепии. Это странный роман «из новых», постсорокинских текстов, ма-нифестирующий не только внешнюю (формальную), но и внутреннюю свободу. Однако же, важно почувствовать за этой независимостью и манипуляциями, нешуточную авторскую боль, делающую «Кипарис во дворе» особенно ценным. Роман начина-ет работать там, где в авторском замысле возникают прорехи, когда текст, на какое-то пространство, теряет своё самодовольное лицо. Это это очень искренняя книга, читатель.