Рейтинг публикаций

Есть несколько вариантов отношения к празднованию Рождества, \ Некоторые из них мы оставим без рассмотрения: \ Социально-предписанный, вяло-отстранённый, сугубо коммерческий, \ Неумеренно-буйный (пабы открыты до полуночи) \ И ребяческий – что не следует путать с отношением ребёнка...

Разрыв между восприятием, внутренним миром и воспринимаемой вселенной - именно его Бергсон стремится уничтожить, показав его иллюзорность.

Замечательный фильм того жанра, который я бы назвала жанром «воспитание чувств»

На плакате написано: Среди нас - смерть.

...грех ему отпущен – и неоднократно – за сборник рассказов прегрешений во всех ипостасях: и в смачном описании «чернухи», и в ненормативной лексике, и в издёвке над русским языком под флагом новояза, и в слащавой сентиментальности, и за отсутствие положительного героя во всех его рассказах и патологиях.

Предупреждаю сразу, чтобы потом без обид. За непослушание, дерзость, наглость, глупость и дебилизм буду бить. Бить жестоко, долго, сильно. И еще попробуйте скажите, что я не имею права. Для меня закон не писан, если писан, то не читан, если читан, то не понят, если понят, то не так. Закон, он что дышло

Остается сказать пару слов по поводу цитируемого ниже романа. Читатель, экономно заточенный природой (скажем так, чтобы не оскорбить ничьих религиозных чувств) с одной стороны, уже и ниже приведенному по крохотному отрывку догадается, что роман этот - сплошная русофобия и сплошное попрание: Если не Духа, то уж Предания и Традиции - как пить дать. Люди, экономно заточенные с другой стороны, усмотрят в романе злостную ксенофобию, антисемитизм и национал-шовинизм, а люди, экономно заточенные с третьей, скажут, что роман является попыткой придать постмодернизма живаго серому и скучному жанру <деревенской прозы> в широком диапазоне от Василия Белова до Василия же Шукшина. И только люди, заточенные со всех сторон, к каковым, без сомнения, относятся все читатели рубрики <Создан для блаженства под редакцией Льва Пирогова>, скажут, что этот роман - великое эпическое произведение великой русской литературы, вздымающее читателя на неведомые ему высоты Нравственности и Национального Духа.

Пролетают птицы низко-низко, \ крыльями прохладу потроша. \ Что у Бога есть для фра Франциско? \ Самое тяжёлое. Душа. \\ А ещё? Ещё – довесок духа. \ С нежностью, понятной им одним, \ ласточки летают легче пуха \ и страшней, чем молнии, над ним.

...Понимание своего незнания и собственной ежесекундной уязвимости – это начало подлинного знания, ибо только опыт, а не слова может на самом деле чему-то учить человека, пока, в последствии, он не откроет для себя, что движущееся в нём бытиё неуязвимо в главном – в его душе, а настоящее знание сокрыто в глубине переживания!

Вожатый-шестиклассник останавливает всех у дверей: «Отгадайте загадку: «По свету катается, на «б» называется!». «Булка? Баранка? Блин?» «Брежнев!».

Чтобы потом не было мучительно больно за годы, после которых не можешь вспомнить ни одной скуренной тобою сигареты

...советую прочитать книгу Константина Фролова всякому, кто, во-первых, хочет познакомиться с тем, что такое метафизические вопросы, а, во-вторых, надеется стать чуточку умнее.