Рейтинг публикаций

Сущность поэзии заключается в том, чтобы упразднить мышление и восстановить не-мыслимость «вещи».

Он увидел Марину на ролике в интернете. Несколько недель назад. Это был живой стрим протестного похода к резиденции олигарха. Они и тогда жили в новостях. Как теперь. Но новость усмехнулась и оказалась живым куском жизни. Он увидел Марину.

Втыкали в каменистую землю перочинные ножички. Часто ножички втыкались в камни, летели искры, и ножички отскакивали своими острыми (тупыми) лезвиями в детей, которые с воем отпрыгивали в сторону, но ножички все-таки иногда попадали в детей, нанося им повреждения.

Аркадий Анатольевич Бартов по праву принадлежит к Первому Героическому поколению русских соцартистов и концептуалистов, живописуя собственной персоной возможность самостийного существования питерского извода Русского Концептуализма.

Наташа стоит возле кассового аппарата, она ни о чём не думает.

хрен его знает, // что делать с этой страной

...русская и английская культура представляют собой противоположности, но, тем не менее, мы можем постараться всмотреться в них глубже, философски, что позволит сформулировать то особенное, оригинальное, что есть в русской и английской культуре, и что составляет их сущность.

...в области историософской, и у́же, в самой истории Отечества нашего, хомяковское credo populi «Кремль, Киев, Саровская пустынь» соответствует его же концепции мирового движения истории как борьбы-притяжения кушитства-иранства. В этой триаде «Кремль» – кушитство (в духе Хомякова: на гербе Москвы – змей!); «Киев» – иранство; а «Саровская пустынь» – синтез, третий путь».

...я всего лишь вкратце изложил гипотезу, убедительную для меня, и до сих пор убеждавшую знакомившихся с ней. <…> Тема предложена, дискуссия открыта.

Существует довольно экстравагантная точка зрения, будто зависимость автора от издательства -- вещь обоюдоострая. Якобы издательство в такой же мере зависит от автора, как и автор от издательства. Не будет писать автор -- и издавать будет нечего. Мне представляется такая постановка вопроса чересчур оригинальной, чтобы соответствовать истинному положению дел.

Череп «говорил» загадками, но от них на душе полковника почему-то становилось легче. За три или четыре дня пути он прошел более ста километров, но преследователи не отставали, хотя в последнее время за ним гнались только автоматчики на одном грузовике. Несколько раз Шульцу удавалось отсидеться в камышах, когда русские проезжали мимо. А потом снова продолжалась погоня.