Рейтинг публикаций

Обратись к корням, и ты обретешь значение. Следуй за светом, и ты потеряешь его источник. На крайней точке, дальше которой невозможно сдвинуться с места, ты попадешь Туда, где не установлены обычные законы и правила, Туда, где действие не приводит к противодействию, Туда, где не останется ничего такого, что запутывает мысли, Туда, где пространство светится, и свет исходит из него самого, Туда, где больше нет необходимости хитрить или играть по правилам.

– Ты, знаешь, – сказал он,– люди всё равно не верят в смерть. Вот скажи человеку: «Ты сейчас умрёшь», так он обязательно ляжет, как будто ему будет не всё равно после смерти – упадёт тело или нет.

Мы — маленькие солдаты сущего, и вся земля — наша братская могила.

...поле, всколыхнувшись, вобрало в себя все шествие вместе с покойником, церковью-гробом, березовой рощей, всеми видами трав и солнцем-священником. (...)

Они дружили с детства, росли в одном дворе, сидели за одной партой, а теперь учились в одном институте, и даже на одном факультете – историческом.

...они показываются из-за деревьев, все двенадцать. ...Они сходятся и расходятся, ведут хоровод, касаются плеч случайных прохожих, смеются. Звенящее дыхание весны сливается с жарким гулом лета. Стаи птиц взмывают с их ладоней, ворох снежинок и красных листьев вьётся в воздухе – и вдруг разом исчезает. Они кланяются мне издали и один за другим отступают в сумрак. Вместе с ними уходит и последнее осеннее солнце этого года. Год совершил свой круг. Из венка Августа выпало красное яблоко...

Прошли годы. Много людей встречалось мне в жизни. С большинством я сохранил добрые отношения благодаря правилу, усвоенному в детстве. Узнав о человеке плохое, не говорить об этом другим.

Мэр был такой разнообразный: и рыбный, и львиный, и насекомохвостый, словно он собрал в себя всех существ мира, и – да… он был – чрезмерный! И, только лишь, в нём не было ни капельки от одного обитателя земли – человека. Но человек впрыгнул в его янтарные глаза. Сам? В смысле – сам впрыгнул? А не в том смысле, что мэра зовут Самом.
– Ясненько… – пробормотала Оля, хотя всё ещё больше запуталось.
– Хме! Хме! Хме! – снова рассмеялся Сам и неожиданно спросил по-доброму: –Кушать хочешь?
И тут же выкрикнул слово «суп!», и все сошли с ума.

Мир закрывался, складывал свои лепестки, будто цветок на ночь, его покидали мухи и пчелы, и никто не знал, раскроется ли он.

Главное происшествие моей жизни случилось в очередное воскресенье, когда я, сидя в светлом зале, погружался в предвкушение фильма...

Можно сказать, мы проживаем две жизни: первая – с рождения до восемнадцати лет, всё что происходит с нами в этот период огромно и незабываемо, любой самый обыденный случай вырастает до эпических масштабов, мы живём так интенсивно, что один день из этого периода равен годам из второй жизни, которая начинается после восемнадцати и длится до самой смерти.

Секретность моей миссии принесла мне положительные эмоции в полете и отрицательные по прибытию на место.