Комментарий |

Эпос

Илья Кутик

Даниил Черкасский

«Urbi et Скорби» [UеС]

Urbi et Скорби – книга чистилища в Эпосе. В ней рассказчик
появляется уже не только как лирический герой Эпоса, но и,
собственно, как поэт-создатель предыдущих книг (именно в UeC
мета-часть – становится в ценр). В фокусе (в особенности во второй
части книги) – оказывается сам творческий процесс. На него
рассказчик и полагается, как на корабль (см. «Из Горация»,
«Скорбные Оды»/1-3), который уводит его от прежнего «себя» и
заставляет пересмотреть, «очистить огнём» образы и язык, плюс
всё, к чему рассказчик пришёл в предыдущих книгах. Общим
литературным, историческим и пр. фоном UeC становится
античность, в особенности история и литература древнего Рима. Два
полюса классической римской поэзии – Гораций и Овидий –
становятся также полюсами UeC. Urbi et Скорби можно условно поделить
на две части: собственно, «Urbi» (или, верней, Urbis) – все
стихотворения книги до цикла «Скорбные оды», и «Скорби»,
составляющие Orbis, вторую часть латинского обращения римских
пап к миру, urbi et orbi, – десять «Скорбных од». Первая
часть несёт в себе несомненные признаки горацианского начала.
Важнейшие мотивы этих стихотворений – «терпение», сдерживание
гнева, уход от толпы и ценностей материального мира,
ожидание верного момента для «сражения» с последним. Вторая часть
– открыто использует приёмы и темы Овидия. В «Скорбных одах»
чувства рассказчика перенапряжены, эмоции накалены до
предела и постоянно сменяют друг друга в «гневных монологах».
Рассказчик то смиряется с роком, обвиняет себя и обругивает
свою поэзию, то, напротив, бросает вызов самим стихиям –
«морю», «воздуху», времени, открыто вступая с ними в «поэтический
бой», понося, обвиняя их, доказывая несправедливость
обрушившихся на него бедствий. Именно здесь, во второй части Urbi
et Скорби, становится понятно, как всё, описанное в
предыдущих книгах, выстраивается в единый сверх-сюжет, объединяется в
единое целое. Здесь уже не остается сомнений в том, что
«проживаемый» рассказчиком нарратив достоин эпоса (о сомнениях,
см. все МКР; ВЛШ/ вл. шек./2, Ап. Сум./3), однако, с точки
зрения UeC, сражение Эпоса уже не является боем двух
эпических героев, как, н-р, Ахилла и Гектора в «Илиаде», а
оказывается ближе к «Одиссее», т.е. борьбе отделённого от всех
эпического Улисса (см. Urbi et Скорби/Иды/3) против стихии
(богов) и женихов, т.е. той толпы, в которой нет эпических героев.
Примечание: В Urbi et Скорби рассказчик не раз обращается к
различным элементам римского календаря. Связь с римским
календарем можно увидеть не только в отдельных образах UeC, но
и в общей структуре книги. Ранний, пре-юлианский римский
календарь содержал в себе лишь десять месяцев – с марта по
декабрь. Январь и февраль были добавлены к календарю лишь в 46
г. до н.э. До того, около шестидесяти дней зимы – находились
вне календаря. Каждый месяц – содержал в себе календы –
первые числа, ноны – пятые или седьмые числа, соответствовавшие
половине луны, и иды – 13 или 15 числа, соответствовавшие
полнолунию. Из Горация. Три части ст–ния являются очень
вольными переложениями од Горация. Соответствие след.: оды 1/14,
1/3, 2/10. Однако, само ст-ние «переворачивает» идеи Горация.
Так, н-р, оды, положенные в основу первой и второй части, у
Горация следуют в обратном порядке. Гораций сначала
провожает, благословляет корабль в дальний путь, а затем, увидев
его бедствия, доказывает на его примере, что человеку нужно
держаться золотой середины и стараться не подвергать себя
опасности. Рассказчик же поступает наоборот. Он видит разбитый,
изувеченный бурями корабль, и всё равно благословляет его на
дальнее плавание (ср. Жанна Д'Арк/3ч.). I. Ср. Гораций,
Книга 1: Ода 14. II. Ср. Книга 1: Ода 3. ...и звезды, но чтоб
без полос – полосы удач и неудач, т.е. намёк на флаг США.
рушит всю пену Нот/ Адрия – Нот – южный ветер (греч.) III. Ср.
Книга 2: Ода 10. В этой части рассказчик впервые обращается
к так наз. погодному мышлению (см. Календы/4), которое
заключается в том, что рассказчик начинает верить, что его
бедствия (бури) не вечны, а потому ему нужно лишь дождаться,
дотерпеть до лучшего времени. «Жанна д'Арк» (1999). «Жанна д'Арк»
– телевизионный мини–сериал (1999; в роли Жанны –
польско–американская актриса Лили Собеская, Leelee Sobieski). Эпиграф
из «Поэмы о Жанне» Арсения Тарковского (АТ уже появлялся в
поэме «Нога» как «персонаж»). История Жанны Д'Арк –
становится ещё одним сопровождающим нарративом Эпоса. Но в отличии
от нарративов книги Влюбленный Шекспир, где рассказчик
рассматривает своё прошлое, здесь, с помощью истории Жанны Д'Арк,
он пытается понять своё будущее (см. мотив предсказаний в
ВлШ/ Ап. сум./3ч), «учась у Жанны» тому, как нужно
преодолевать настоящие бедствия. 1 часть. но сигарет там не было...это
и есть та дыра, которая при повторе известного не
образуется... – речь идёт, в частности, об очищении, катарсисе, т.е.
об эстетическом сопереживании, не являющимся эквивалентом
самого горя. глаз назад плюс осыпавшись... смотрит, чтоб видеть
будущее – ср. Рама гл. 9.2, где рассказчик обретает
возможность «...видеть [будущее] через память». 2 часть. тенскно –
тоскливо (польск.) ныне же головни тоже светятся – см.
ВлШ/елизавета и гамлет, 1ч. святая Екатерина – одна из святых,
являвшихся, по преданию. Жанне Д'Арк. 3 часть ссылается на
знаменитый эпизод жизни Жанны Д'Арк – штурм форта Турель
Орлеана, в котором она была ранена арбалетной стрелой. По
преданию, она сама вырвала стрелу из своей раны и вернулась к
ослабевшим французским войскам, которые, воодушевившись её
присутствием, всё-таки выиграли сражение, захватив форт. 4 часть.
Пейзажи в этой части стих–ния действительно взяты из
Чикагского ботанического сада. Остров, символизирующий Остров
Бессмертных, где-то у северовосточных берегов Китая, является
традиционным элементом японского сада. 1415 Азенкур – сражение,
в котором англичане в меньшинстве разгромили французскую
армию и, тем самым, оккупировали Францию на целое поколение
вперёд. 1600 Секигахара – сражение, положившее конец
многовековой гражданской войне в Японии, после чего был провозглашён
третий в истории сёгунат Токугавы, продлившийся до XIX века.
Это сражение, по традиции, считается началом эпохи Эдо. Щель
во Зле и Добре создаст лишь как здесь - канат – имеется в
виду «канатный способ», с помощью которого японские мастера
садов пригибают ветки деревьев к земле, делая их
параллельными, а не «налезающими» друг на друга. Ср. также
ВлШ/влюбленный шекспир/3: «...добро ж и зло и так переполнены… но будут и
ещё… увы, я не вижу внутри нас (иль где-то), чтоб что-то
отчетливо провело между где-то и чем-то границу...». Иды. 1
часть. Вулох – Игорь Вулох (1938 -) – русский
художник-минималист. Небо – из пунктирных или волнистых линий – частый сюжет
его минималистических пейзажей. Классика из М.Ю. – Ст–ние
Лермонтова «Тучки небесные, вечные странники...». без
прятания под навесы, в дружбу крыш – продолжение мотива крыши, см.
Из Горация/3. 2 часть. Дом, город, радость – во всех
слышится верхнее «до» - ср. с «верхним до» в Раме гл. 2.2, 3 часть.
И так он в кругу мечась/ лбом стучится о воздух– ср.
ВлШ/вл. шекспир – елизавета/фр. 2: «здесь брак – черта круга: не
выйти вон. т.е. – рок; а внутри – длина радиуса как нить
полной свободы…». Также, продолжение темы воздуха-тюрьмы (см. 1
часть; ВлШ/елизавета – влюбленный шекспир, фр. 4; апология
сумасшедшего/3ч.) 4 часть. Геттингенский волос – Пушкин писал
о «Геттингенской душе» Ленского (см. Евгений Онегин, гл. 2,
строфа 6). Белками, залившими красным цветом... обставшими
наш синий эйфории – речь идёт о предпоследних президентских
выборax 2004 г., когда Буш–младший во второй раз стал
президентом США. красный – цвет республиканской партии США, синий
– цвет демократов. Синий цвет в Эпосе, конечно, имеет и
более отвлеченное значение, см, н-р, гл. 7.9. Центр это всегда
Россини – имеется в виду ария Фигаро из «Сивильского
цирюльника»: «Фигаро тут, Фигаро там» (ср. Рама гл. 1.2). Кроме
того, «синий»-«Россини» – пушкинская рифма (см. «Отрывки из
путешествия Онегина», «Но уж темнеет вечер синий...»). Набоков
считал её лучшей рифмой Евгения Онегина. я разлюбил Перси
Биши – Шелли – великий английский поэт-романтик. Некоторые
строки UeC – в особенности образ опавших листьев - перекликаются
с его «Одой западному ветру». мексиканцы ходят, раздувая
трупы через... листьесос – описание осенней уборки листьев в
Чикаго. остракизма пламенные шары – подготавливает топос
«шаров», см. Лото Платона. Остракизм – изгнание гражданина из
государства, когда голосовали черепками (а потом и шарами);
остракизму подверглись многие великие греки: Аристид,
Фемистокол, Алкивиад, Кимон и др. Здесь, остракизм важная
экзистенциональная составляющая ст-ний первой части UeC (ср. Жанна
Д'Арк/1). Эссе о Сулле. Югурта (160- 104 д.н.э.) – царь
Нумидии, взятый в плен Суллой (тогда, легатом полководца Мария).
Сулла -... главный портрет анти пиара у Цезаря – имеется в
виду то, что Сулла не любил собственных статуй, и прижизненных
изображений и памятников Суллы почти не было сделано. Эти
строфы перекликаются с темой «мима», побега от постоянной
маски (см. МКР/помнишь я писал все мелодрама). См. далее: «Он –
мим, а на мимов нет библиографии» - любовь Суллы к мимам и
прочим «людям театра» подчеркивается Плутархом в
сравнительных жизнеописаниях (см. Лисандр и Сулла/2). Живёт в экране
кретин с глазами дебилла – это главный полководец – намёк а) на
фильм «Александр» Оливера Стоуна, ср. упоминание этого
фильма в Раме, гл. 2.2, и б) на телевизионные появления–спичи
Буша–младшего. 3 часть перекликается с мотивом самоубийства в
МКР и ВлШ. На примере истории Лукулла-отца, самоубийство
показано как мужественный уход. Календы. Календы в древнем Риме
были днём отдачи и взимания долгов. Выборы – Ср. Иды/4ч..
Здесь ассоциации с «красным» – кетчуп (см Иды/1ч), Буш,
республиканцы – т.е. политические проявления «плебса»,
вытесняющего из государственной жизни именно личностей. Потому
рассказчик и восклицает «нет крови!». Ст-ние продолжает тему
«позднего индивидуализма», см. Эссе о Сулле/2. Скорбные оды. В
Скорбных одах автор прививает книге Tristia Овидия совершенно
новые размеры, никогда не применявшиеся самим Овидием. Все
ст-ния цикла написаны существенно изменённой гиппонактовой
строфой (при абсолютном соблюдении её метра, но зарифмованной
«через строфу», а иногда и две). Строфа эта – метрически –
одна из самых трудных и очень редко встречающихся в поэзии
(даже античной), применённaя лишь один раз Горацием (в одах),
исчерпавшим почти всю античную метрику. Этим же размером
написаны и Календы, что роднит данное ст–ние с циклом «Скорбных
од». («Календы» можно рассматривать как вступление к
«Скорбным одам»). Скорбные оды – ссылка на «Скорбные элегии»
Овидия, полу–цитаты или даже отдельные полустихи которых
разбросаны в «Скорбных одах» в самых неожиданных местах. I. Ср. 10
оду 1 книги «Скорбных элегий» Овидия. Здесь, стихотворение
открывает вторую часть UeC и вводит основные образы «Скорбных
од»: корабль (он же, «поэтический дар», см. «Из Горация»),
волны, весло и пр. а нет – пусть гребцы руки сотрут тальком –
здесь появляется топос «весла», продолжение «ветвей» в Жанне
Д'Арк/4 и «копья» в Календах/3. а тряский корабль – способ
с веною на узком мути разойтись – см ВлШ/ вл. шекс./4, где
творчество воспринимается рассказчиком как единственная
альтернатива самоубийству. Ей белоснежную мы заколем овцу – в
Раме с жертвенным овном сравнивается бумага поэта, см. Рама/
гл. 7.4. II. Стих–ние состоит из отрывков элегии, единственной
во всей второй книге «Скорбных элегий». Ст–ние
перекликается с темой «непрерывности песни», творчества, см., в
частности, ВлШ. Локоть мой откликается метром – веслом поэта – топос
«весла», см. Оду 1 и Катай/ «Весло, притулившись к Катуллу,
инспирирует». III. давно б стали/ девять сестёр гадостны/
тем хоть, что своих же предают, самки! – речь о Музах. Ср.
также, Жанна Д'Арк/2: «рать ангельская, и, как твой король,
тоже может тебя предать». VI. Здесь озвучены не только голос
самого рассказчика, но и совы – птицы Афины Паллады (см.
мотив голоса в Жанне Д'Арк, см. также МКР/сова1,2,3). Новый год,
юноша... – ...А знаю кого так длинно – в этом отрывке сова
Афины обращается к рассказчику. Речь совы перекликается с
другим голосом в Эпосе – см. Рама гл. 1.2. ...Сцилла с
Харибдой,... помнишь, кораблик? – см. МКР/мой ангел хранитель
завшивел. Но в дырку, ткнуть ту же... – один из наиболее важных,
«мерцающих» мотивов в «Скорбных одах» – мысль, которая то
отметается, то принимается рассказчиком, о замкнутости цикла,
в котором находится герой: вспоминая прошлое, рассказчик
заново и «по–полной» переживает прошлые бедствия (об этих, так
ск., «повторяющихся распятиях» и говорят предыдущие строки).
Именно в VI оде (и далее в IX) рассказчику, наконец,
удаётся разомкнуть этот «мёртвый цикл» (ср. с образом
«колец-брелоков», Рама гл. 7.9), ощутить своё состояние не как
повторение прошлого, но как новый этап личностного (след. строка: «Но
вот и различия...). «Вот теперь, рекла, гири...» – до слов
«Сова – современница вздохов» - ещё одна речь Афины Паллады
(или Минервы), обращенная к рассказчику. Ошибка Орфея –
считать Орфеем других, с Евридикою во главе – см. ВлШ/памяти
и.б. См. эту же тему в Раме гл. 2.4; 4.4. Миф об Орфее в Эпосе,
см. Рама 7.1, 7.3. Отнюдь не насовсем лира Аполлона-лучника
неразлучна с горем – «Афина» подтверждает то, что сказано
было рассказчиком в оде III (см.). Здесь, очередное появление
«погодного мышления», см. Календы/3. Евтерпа – одна из
девяти муз, покровительница лирической поэзии. Ибо из мозга –
одетая уже – я как мрамора взялась глыба – согласно мифу,
Афина была рождена из головы Зевса. Этот же миф упоминается и в
Раме гл. 10.1. Граттий – римский поэт, современник и друг
Овидия. Написал поэму об охоте – Cynegetica. С тобою... – она
снова будет! – ср. Рама гл. 6.11. Илифия – критская богиня;
в греческой мифологии – богиня родов и акушерского
искусства. Кроме того, согласно Павсанию, Олен (см. комм. Рама гл.
7.8) связывал богиню Илифию с судьбой. Павлин – в греч.
мифологии птица, посвященная Гере (Юноне), богине земного брака,
домашнего очага (ср. Рама гл. 3.1: «ибо главное здесь –
семья, семья, семья распроклятая...»). Павлин здесь
противопоставляется сове (см. выше). двоевекое время... – ср. далее
Катай/Косточка. дочь Ээта – Медея. Дева Ээи – Цирцея. Именно так
называет её и Овидий в своих Amores («Любовных элегиях»).
Та, кому Квинкватрии посвящены – Квинкватрии – римские
празднества, проходившие весной и летом, посвящавшиеся Минерве
(римское имя Афины Паллады). Лиэй – одна из эпиклес Диониса
(освободитель). Эвоэ... – клич Диониса и вакханок. Ср. ЛП/0.2.
Эвий – один из постоянных эпитетов Диониса (шумный). Эмилий
Макр – эпический поэт, друг Овидия, иногда писавший о птицах.
флакон есть Флакка – т.е. Квинт Гораций Флакк. Об обращении
автора к произведениям Горация, см. общий комм. к UeC. Со
стрижкой их жизни – ср. ВлШ/Елизавета/1, комм. Вот и ропщет
мыслящий циферблат – видоизмененная цитата из тютчевского
«Певучесть есть в морских волнах». VII. «Теодиция» Эпоса:
именно в этой оде рассказчик убеждается в своей «победе» над
«миром материи», т.е. победе над «воздухом», освобождением от
его власти. Корабелу... – т.е. Одиссею. Ну а ты – слабейшая
женщина... – эта и следующая строфы перекликаются с поэмой
«Нога» (см. строфы 1,2). Поэт продолжает обыгрывать мотив/топос
осенних листьев, см. Эссе о Сулле; Иды/1,3; Календы/3.
Также ср. приведенное здесь описание «апофатической Героини»
Эпоса с Рамой гл. 9.4: «душа еë – обманута миром ожидания! – в
ней темно/ от собственного невзросления, но она – чиста, как
снег, что лежит, не тая/ и – главное! – не умея таять!»
Воздух ждет, что захандрит нога идущего – ср. с темой воздуха в
ВлШ/Апология сумасшедшего/3. (ср. Рама гл. 6.8). «Уже
скоро. Не упускай же...» – голос Музы (ср. Рама гл. 10.6). На
Данаю как, если я в данную минуту не прольюсь на бумагу – ср.
отрывок о Данае и Зевсе в Раме гл. 8.1. Миф о Данае и Зевсе–
один из важнейших мифов Эпоса, см. Рама гл. 7.9, 7.10, 9.5,
10.1 и т.д. как страшною грибницей под сушей разрослись
гробы – ср. тот же образ в 10.2 (1–я строфа); 10.7. VIII. тут не
в роке дело, а в той помощи... – рассказчик вновь
подчеркивает, что причиной разрыва с Героиней стали не столько
внутренние расхождения, сколько, именно что, внешние силы,
враждебная к нему «референтная группа» самой Героини. что
неотменимо?.. – о рифме, ср. Рама гл. 7.4. IX. Вдруг перережем у
судьбы мы правильную нить – ср. ВлШ/влюбленный шекспир –
елизавета/фрагмент 2. Х. Последняя ода книги является неожиданным
парафразом топоса «памятников» из двух самых знаменитых
текстов античности, посвящённых этой теме: еxegi monumentum
Горация и написанного после Горация «памятника» Овидия (без
заглавия), которым (в гекзаметрах) завершается последняя, 15–я
книга его эпоса «Метаморфозы» («Вот завершился мой труд, и его
ни Юпитера злоба/ Не уничтожит, ни меч, ни огонь, ни алчная
старость.../... Лучшею частью своей, вековечен, к светилам
высоким/ Я вознесусь, и моё нерушимо останется имя...» (пер.
С. Шервинского). Своеобразие Х оды в том, что автор
«строит» памятник не себе (как в текстах–моделях Горация или
Овидия), а – своей Героине.

Последние публикации: 
Эпос (19/09/2010)
Эпос (12/09/2010)
Эпос (29/08/2010)
Эпос (19/08/2010)
Эпос (05/07/2010)
Эпос (10/06/2010)
Эпос (27/05/2010)
Эпос (16/05/2010)
Эпос (03/05/2010)

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка