Комментарий |

Сущность Руми, Глава 1 «Таверна»

Сущность Руми

Глава 1 «Таверна»

перевод книги Колмана Баркса «СУЩНОСТЬ РУМИ»

Начало

Продолжение

Тот, кто привел меня сюда, домой меня доставить должен

Руми

О таверне

В этой Таверне много вин – зрелых, ароматных, вкусных,
красивых; есть греческое вино интеллектуальной мощи, романея истории,
кагор духовных песнопений. Человек, войдя сюда, находит разнообразные
искушения. Тут прорывается тонкая виноградная кожица, давится
сок и начинается брожение. Брожение – одна из старейших литературных
метафор созревания человека. Когда все раздавленные виноградины
отдают свой сок и надолго запертые в тёмном месте, бродят – результат
получается потрясающий! Например, двое пьяных могут там встретиться,
и, не зная ничего друг о друге, мгновенно стать друзьями. Рассуждения
не имеют никакой силы в пьяном мире этой Таверны, с её земляным
полом; там царит возбужденное веселье, неосознанные желания, и
полное непонимание реальности.

Однако, проведя некоторое время в Таверне, человек созревает и
вдруг осознаёт, что у него есть то ли смутное воспоминание, то
ли неосознанное желание возвращения к Источнику. И каждый пьяный
внезапно покидает Таверну, начинается его возвращение. В Коране
говорится: «Мы все возвращаемся.»

Таверна – это своего рода возвышенный ад, в котором некоторые
умудряются насладиться, каждый успевает пострадать, и затем все
изгоняются отсюда на поиски собственного пути к Истине. Таверна
опасное место, в ней иногда полезно надеть маску и никогда не
следует отдавать ей своё сердце, по мнению Руми. Тут можно раскрыться,
расслабиться, излить душу, заплакать ... Крик на всю улицу начинается
в Таверне, отсюда душа начинает свой долгий поиск пути домой.

В 4 часа утра Ходжа Насреддин покинул Таверну и начал бродить
по городу. Его остановил ночной страж и спросил: «Почему
ты бродишь по улицам ночью?»

«Господин мой», – ответил Ходжа, «Если бы у меня
был ответ на такой вопрос, я бы уже давно был дома!»



Ответа нет

Косово, Сербский Монастырь, Moлитва
Весь день я думаю об этом, Спросить решаясь только ночью: Куда так тянет пред рассветом? К какому тянет средоточью? Ответа нет. Душа моя сюда явилась Из мест иных. Горю желаньем Быть там! Вымаливаю милость - Пусть кончится скорей изгнанье! Ответа нет. Я начал пить в другой таверне, Сюда явившись в стельку пьяным. Я всё пропью к чертям, поверь мне! Куда ж вернусь с пустым карманом? Ответа нет. Хочу лететь над морем, лесом ... Мне холодно в моём зимовье! Не птица ль я земли чудесной, В чужом сидящая гнездовье? Ответа нет. И кто послал мне эти мысли? Кто вдунул эти мысли в душу, Что звуком в воздухе повисли? Кто их тебя заставил слушать? Ответа нет. Кто на тебя глядит глазами Моими? Не душа ли это? Могу я спрашивать часами! Ужель останусь без ответа? Ответа нет. Когда б я мог ответ пригУбить, Я бы тюрьму разрушил эту, Которую для наших судеб Построил ... Кто же? Нет ответа! Но я всего лишь заключённый ... Крепки тюремные затворы. Кто запер меня в этой тёмной? Арестовал меня, как вора? Ответа нет. Да и поэзия – загадка! Не знаю, что хотел сказать я. Опять исписана тетрадка ... Не лучше ль мне умолкнуть, братья? Ответа нет.

Из «Антологии Персидской поэзии XI – XX столетий», сост. и пер. на французский профессор Забихулла Сафа, Галлимар / ЮНЕСКО, 1964, 422 p., ISBN 2070711684.




Бочка вина

Али Таджвиди, Волна
Осанна! Чудо-бочка вина нам дана! Ликуем! Чаши нету, но бочка без дна! Сияем целый день, и горим по-ночам! Болтают, что грядущее нЕ дано нам. То правда! И поэтому – пей допьяна! Рубайат, # 1319



Духовный союз

Проповедь в Мечети
В наш духовный союз восходи И познаешь иные отрады. Много дивного ждёт впереди, Если ты одолеешь преграды. Ты по улице шумной пройдёшь И узнаешь, что сам был тем шумом. Чашу бурных страстей изопьёшь, Станешь сам опьяненьем безумным. Если смежишь слепые глаза, То увидишь весь мир третьим глазом. Если сможешь ручёнки разжать, Ввысь подхватит Вселенная разом. Сядь в наш круг. Перестань быть лисой. Как пастух, возлюби это стадо. Потеряй свой душевный покой, Быть бездушной скотиной не надо. Не погань трупным мясом свой рот, Но смакуй лепестки губ Любимой. Не страдай, если дева уйдёт, Двадцать новых прошествуют мимо. Все тревожные мысли отринь, Ты же сам этих мыслей создатель. Из тюрьмы – в поднебесную синь Вылетай на свободу, приятель. И, как струи могучей реки, Не спеша, в тишине, на просторе Сквозь пустыню Времён потеки, И впади в воды Вечности моря. Диван Шамса Тебризи, # 2577



Птичьи яйца

Эрик Моррис, Птичьи Яйца
Что в черепе моём за чехарда? Базарят птички ... Галдят и мечутся туда-сюда, Кладут яички. Орлы клюют, в отличьи от скворцов, Не мух, а зайцев, Но как похожи на Одно Яйцо Все птичьи яйца! Открыта всем небесная тетрадь Полётов птичьих. Но буквы – лишь умеющим читать Не хаотичны. Рубайат, # 0747

Игрок

Эй, пьяные, не бойтесь стражи! Ведь стражники нетрезвы сами. Игрок за пьянство не накажет, Он не следит за мелочами. Игрок расставил все фигуры. Он двинет пьяного и стража Согласно правилам натуры. И результат игры покажет. Рубайат, # 0731

Детская игра

Друг мой, послушайся совета Хакима Санаи _ 1 – поэта: – «Когда мертвецки пьян, наверно, Разумней переспать в таверне.» Коль улицей пойдёшь лукавой, То станешь дуракам забавой И в грязь, жестока и тупа, Толкнёт тебя детей толпа. Пойми, все трезвые – как дети! Ведь мало кто на белом свете На личном опыте знаком С Любови сладостным вином. Лишь победивший все желанья, Вполне освободил сознанье. Дитя, подумай лучше дважды, Над тем, что Бог сказал однажды: – «Этот мир – лишь игра и забава _ 2», Знать, людишки – детишек орава. Бог прав! Коль ты не наигрался, То так ребёнком и остался. Желанья – жадность, лень и похоть В тебя вонзили острый коготь! Смотри, как в секс играют дети - Сцепившись, возятся по клети. Но эти игры – не любовь! Они не проливают кровь В боях с картонными мечами, И это понимают сами. Мне жалко взрослого солдата, Взомнившего себя вдруг хватом, На огненном коне Пророка - Он скоро грохнется жестоко. Все твои игрища наивны, Война и секс бесперспективны. Ты – как дитя, спустил штанишки И с песней делаешь делишки. И, напевая: «Дан-ди-дан,» Ложишься после на диван. Не заиграйся так до смерти, Ты в повседневной круговерти!
Питер Брейгель, Детские Игры
Пойми, что ум, воображенье, Разнообразны ощущенья - Лишь деревянные лошадки, Напрасно в них вонзаешь пятки. Реальна лишь любовь иная, Мистическая, неземная. Пойми, земные все науки Лишь обрекут тебя на муки. Вон ходит сгорбленный учёный, Как ослик, книжками гружённый. Мысль, словно женские румяна, Смывается. Мысль – род обмана. Но если знаний выбор верный, То наслажденье беспримерно. И не тряси бумажный ворох, Не будет толку, только шорох. Прочь прогони мираж желаний, Строй дом на твёрдом oснованьи. Не прикрывайся словом Бога, В ад словом мощенА дорога. Испытывай Его дыханье, И добивайся пониманья, Что все слова – мираж, виденье. Реальность – с Богом единенье. Меснави (1, 3426 – 3454)

Рот

Александр Ищенко, Вопль
Упало у вселенной дно, Исчезли солнце и луна. Не лей ты в чашу мне вино. Лей в рот, покуда допьяна Я не упьюсь, как идиот, И свой не обнаружу рот. Рубайат, #1319

Наше вино

Виктор Брегеда, Евхаристия
Знай, настоящее вино - Есть собственная кровь! А бочкой, где бродИт оно, Ты тело приготовь. И приготовься всё отдать За чашу браги той, Себя, семью, отца и мать. А за глоток – покой. Рубайат, # 1301

Выбор вина

Бог дал нам тёмное вино, Чуть выпьешь – в голове темно. Гашиш рождает к воле страсть, Но над душой захватит власть. Ввергает мак в тяжёлый сон, И память отшибает он. Страсть одуряет, как колдун - Пса к Лейле ревновал Меджнун. У Бога тысячи отрав, Что посильней волшебных трав. В экстазе слепнет ясный ум, И сердце любит наобум.
Пляшущий Давид
Давид пьян Богом среди дня, Ишак – от торбы ячменя. Пьяней от мудрости святых! Не пей вина из чаш пустых. Хватают люди вещь иль тварь И строят глупости алтарь. Будь тонким знатоком вина - Не напивайся допьяна. Любое зелье даст полёт ... Суди вино, как царь – народ: Не осуждай, коль давит страх, Осудит и тебя Аллах! Пей то вино, что поведёт Тебя как всадника вперёд, Что снимет путы с ног коня, Даст сердце полное огня! Меснави (4, 2683 – 2696)

Повара

Ирина Мащицкая.  Мироздание
Заметь исчезновенье звёзд, При появлении светила. Заметь, что землю бьёт мороз, Когда листву уже убило. Заметь движение теней, Созвездий точность прибыванья. И переборчивость гостей, Их мимолётные желанья. Заметь, как много поваров Любимые готовят блюда. И сколько каждому даров - Зверям и птицам, рыбам, люду! Взгляни на кубок голубой, В котором плещут океаны. Взгляни, дружок, на нас с тобой, Мы солнцем-Шамсом _ 3 осиянны! Взгляни на нас его очами ... Сквозь влажный драгоценный камень. Диван Шамса Тебризи, # 1910

Обугленный кебаб

Вчера упился огненным вином, Сейчас – по огненной бреду вселенной! Вчера я грелся перед очагом, Сейчас – кебаб, обугленный геенной! Вчера я жаждал и нашёл родник, Но выпил только лунную дорожку. Сейчас – как лев, к самой луне приник, Алкаю свет любви в небес окошке. Не задавай вопрос про эту страсть, Но посмотри в горящее лицо мне! Душа утратила над телом власть, И бродит где-то нищенкой бездомной. И сердце рвётся, словно шалый конь, Стреноженным свалившийся в болото. Он бьётся бешено, порвал супонь, Но только глубже тонет отчего-то.

* * *

Я, голову склонив, щиплю цветок, Следя за тихим лепестков паденьем. Но на судьбу прогневаться не смог, Услышав шепот их благословений. Мне шепчет Бог! Диван Шамса Тебризи, # 2738

Новый закон

Луна
Послушный древнему закону, Алкаш бузит и спорит на пиру. Влюблённый хуже охламона, Кружится oн и падает в дыру. Во глубине дыры бездонной Сокрыт от всех сияющий кристалл, Свет коего любой влюблённый Благам земным всегда предпочитал ...

* * *

Вы видели, как прошлой ночью, По городу брела луна, пьяна? Нагой узрев её воочью, Я начал петь и напился вина Из неба чёрно-звёздной чаши, И, рухнув, расколол её хрусталь. Пав, звёзды впились в души ваши, Но этого нисколько мне не жаль!

* * *

Внимай же новому закону! Когда подует в трубку Cтеклодув, Лицом разбей сосуд, влюблённый, Пади, в дыханьи жарком утонув! Диван Шамса Тебризи, # 1861

Сердце

Oно изранено, устало, Измучалось оно немало ... Зачем ломаешь ты ракушку? Лизни – кровь вкуса не меняла. Рубайат, # 0190

–––––––––––––––––––––––

Примечания

1. Хаким Санаи (ум. ок. 1150) – суфий, поэт оказавший
большое влияние на Руми.

2. Коран (29 : 64)

3. Шамс (фарси) – солнце. Шамсэддин (Шамс) Тебризи
– духовный наставник Руми.

–––––––––––––––––––––––

Продолжение
следует

Необходимо зарегистрироваться, чтобы иметь возможность оставлять комментарии и подписываться на материалы

X
Загрузка
DNS