Библиотечка Эгоиста (под редакцией Дмитрия Бавильского)

Рейтинг раздела

Адаптация
— Валерий Былинский
(07/12/2010)
Впрочем, я не думал, что «Адаптация» принесет мне деньги. Я просто выписывал в эту книгу себя, чтобы не исчезнуть в реальности. Лучше я убью себя там, на страницах, написанных частично чернилами, частично в воображении.
Чехов как гностик
— Екатерина Дайс
(01/12/2010)
Чехов – великий сатирик, драматург, милосердный врач – эти определения естественны. Но «Чехов как гностик» звучит абсурдно. Тем не менее, если обратиться к одному полузабытому рассказу писателя, гностическая ориентация русского классика станет самоочевидной.
Черная дыра (6)
— Владимир Широков
(29/11/2010)
Человек, умирающий насильственно, забирает с собой свою порцию мира – незавещанную долю имущества. С каждым убийством мир становится невосполнимее.
Мерумени
— Шамшад Абдуллаев
(25/11/2010)
В молодости, говорит второй, меня лишь изредка настигали фрагменты ослепительных впечатлений, но после шестидесяти, в своем запоздалом акме, чувствую внутри себя щадящее постоянство ровного сияния, в котором бабочка полоснула мужской висок и желтую лунку солярного хлеба в кунжутных и маковых зернах на столе.
Адаптация
— Валерий Былинский
(24/11/2010)
Когда она вежливо попрощалась с нами и неторопливо пошла к остановке маршрутного такси в свете красноватого заходящего солнца, я подивился тому, как же она была гармонично сложена – как идеально переставляла свои стройные ноги, перекатывала ягодицы, гордо и высоко несла голову на тонкой и нежной шее; и как же мне было противно внутри. Словно напился какой-то тошнотной мути, и все не мог, да и не хотел выблевать из себя эту муть, надеясь почему-то, что тошнота ложная и вот-вот пройдет.
Черная дыра (5)
— Владимир Широков
(16/11/2010)
У каждого из нас своя смерть, свой страх перед ней – страх уготованного ему бытия. Понимая чужую смерть, никто не может осмыслить свою.
Черная дыра (4)
— Владимир Широков
(12/11/2010)
Человек придумал слова и научил их охотиться за человеком. Переосмысленные, перепрограммированные, натасканные на мыслящую плоть. Вкусившие предательскую мягкость податливого интеллекта. Настигая человека, вникая внутрь, они истощают его сущность до тех пор, пока организм не переборет, не обезвредит их – пожертвовав частью себя.
Черная дыра (3)
— Владимир Широков
(08/11/2010)
У правителей Востока имена – десятками слов. У европейцев – именные приставки, знаки наследственности, родословной: поколения, звенья, ветви – генеалогическая роскошь, литры накопленной наследственной кислоты, кровь тысячелетней выдержки – уровни потомственности, кратность человечности.
Правила Марко Поло. Эпилог
— Вадим Месяц
(03/11/2010)
Наташа предлагала выкупить чернавку до суда. Добрая душа. Еще одно подтверждение того, что русские – принципиальные борцы с порядком и здравым смыслом. «Выкупить и отвезти в «Смит Пойнт мотель»», – подытожил я. Больше эту тему мы не поднимали.
Черная дыра (2)
— Владимир Широков
(02/11/2010)
Я не знаю и не запоминаю, когда и как в моей жизни появляются люди, когда и как они исчезают. Но я заметил, что гораздо чаще мне приходится прощаться, чем здороваться – хотя одинаково не нравится ни то, ни другое.
Правила Марко Поло. Часть 3. Глава 15
— Вадим Месяц
(27/10/2010)
Не выдра ты священная, Моник, не царица Савская в шелках и облаках, а просто драная кошка. И ничего ты не сделаешь с моими детьми, потому что ты меня любишь, а я тебя нет. И прав я именно поэтому.
Подарок
— Сергей Л. Коркин
(26/10/2010)
У меня разбегаются глаза от всего этого сабельно-пистолетного изобилия. Даже не представляю, что сейчас может чувствовать Мишка. Я продолжаю держать его за руку, а он тихонько льнёт ко мне. Наверное, блеск парадных витрин, заставляет его вести себя здесь по-особенному – ведь здесь всё серьёзно – хоть и декоративное, но на первый взгляд самое настоящее оружие – не какие-то там плюшевые зверушки!
Черная дыра
— Владимир Широков
(24/10/2010)
Мне кажется, тогда, задолго до сложения меня в суть, мною уже распорядились – неумело, расточительно, безучастно. Поразглядывали, пощупали и – употребили. У меня отсекли какой-то орган – или его фрагмент – или участок, где он должен был сформироваться, – или предрасположенность к нему.
Адаптация
— Валерий Былинский
(21/10/2010)
Я увидел, что отец стал сильно прозрачен, и из него – будто выскочил пар изо рта – вышла сила, и ноги его стали подгибаться. Я подхватил отца под руку. Его вышедшая сила толкнула меня – но мои ноги не подкашивались. Его сила обвила меня теплым паром и потом отлетела.
Правила Марко Поло. Часть 3. Глава 14
— Вадим Месяц
(19/10/2010)
На вечерней улице было пусто, как в лесу. Фасады домов мигали рождественской иллюминацией. Любопытно, что чем ублюдочнее хозяева, тем больше на их доме понавешено праздничных огней. Такие не обходятся без каркасных скульптур Санта Клауса в санях, ведомого в наш мир оленьей упряжкой.
Вкус детства
— Сергей Л. Коркин
(18/10/2010)
Я смотрю вслед коту, и мне хочется думать, что этот тот самый кот. Что он, для какой-то тайной цели, специально ждал меня здесь все эти годы, как будто знал, что я обязательно вернусь. И сегодня у него счастливый день, – он, наконец, дождался меня и теперь, с чувством выполненного долга, может наконец-то отправиться по своим делам…
фалалей
— Лена Элтанг
(13/10/2010)
Одним словом, рай – это хорошо пахнущее, высокое, или, хотя бы, приподнятое, место под стеклянной крышей, куда можно не всем, и рядом с которым течет река. Так чем же он отличается от моей мансарды?
Адаптация
— Валерий Былинский
(12/10/2010)
Старики все-таки отличаются от младенцев. Вы когда-нибудь видели, чтобы старые и беспомощные, потерявшие память люди, даже если за ними хорошо ухаживают и лечат их боль – улыбались? Смеялись? А младенцы, которые тоже ничего не помнят и часто плачут и орут – улыбаются. И смеются.
Правила Марко Поло. Часть 3. Глава 13
— Вадим Месяц
(10/10/2010)
Все равно и икона, и елка – мамины двойники, тем более мою маму зовут елкой. Дерево, икона и мама вбирают в свою единую душу все чувства и предчувствия, искрящиеся сейчас в воздухе.
фалалей
— Лена Элтанг
(06/10/2010)
Она была не просто красавицей, но жесткой и громогласной, как раблезианский смех, я бы ничуть не удивился застав ее выходящей из нашей уборной с использованным гусенком в руке.
Адаптация
— Валерий Былинский
(05/10/2010)
В родной город я вряд ли вернусь, несмотря на неприязнь к Москве, временами переходящую в ненависть. Что я мог делать здесь, в переходящей на украинский язык Украине со своим русским филологическим образованием? Да и не только из-за этого…
Присутствие и речь
— Константин Мамаев
(04/10/2010)
В чем же невыносимость совместного безмолвного присутствия? Может быть, в том, что рождается нечто вроде соприсутствия-при…Такое соприсутствие-при… – это отказ от самоприсутствия-при-другом: исчезает другой и в то же время исчезаешь ты как ты-для-другого.
Правила Марко Поло. Часть 3. Глава 12
— Вадим Месяц
(03/10/2010)
Я никогда бы не полюбил иконы, не увидев в ней маминого лица. Она сделана из фотографии, но из такой фотографии, которая смогла запечатлеть невидимое лицо. Великие художники рисовали нашу маму, а думали о своей. Они думали о своем, хозяйском, но если ангел витал над ними в эту минуту, видели то же самое.
фалалей
— Лена Элтанг
(29/09/2010)
Когда, в августе девяносто третьего, я вернулся из Тарту домой и сказал Лютасу, что с горя поступил на исторический, он даже не удивился. Похоже, он не видел большой разницы между востоковедом и медиевистом.
Адаптация
— Валерий Былинский
(28/09/2010)
Все люди, как писал философский аферист Ошо (взявший тоже у кого-то эту мысль), стоят вокруг любого явления мира, словно вокруг слона – и каждый видит какую-то особенную его часть: его хобот, уши, ноги, яйца, хвост. И каждый думает, что перед ним находится весь слон.
Ленты новостей

X
Загрузка