Рейтинг публикаций

Комичность сложившейся ситуации в том, что современные русские философы даже не знают о том, что унаследовали от предыдущих поколений не понимание русской культуры, а всего лишь предрассудок её понимания...

Читаешь Ю.Манна и думаешь: зачем? зачем русского писателя причёсывать под гребёнку карнавальности западной культуры? особенно если учесть то обстоятельство, что сам Н.В.Гоголь определённо, настойчиво и недвусмысленно отделял своё творчество от матриц других культур и настаивал на принадлежности своего труда именно к русской культуре.

Сократ не стремился изменить людей, он просто показывал каждому, какой тот уже есть сам по себе; Декарт и Ньютон не отодвигали бога, освобождая место мышлению и природе, первый искал божественное в себе, второй – в абсолютном мире. Мы перед ними невиновны и ни перед кем в долгу не находимся; мы можем, но не обязаны.

Идея не всегда сводится к мелодии. Она сводится к тому, чтО звучит (краска, регистр) и, главное, как «оно» развертывается во времени.

Формат данного трактата предполагает самое краткое описание типологии индоевропейских культур, достаточное только для того, чтобы показать одновременно их родство и специфику; особенно кратко описание русского типа, так как ему будет уделено достаточное внимание в третьей части трактата.

...русские читатели (то есть мы с вами), возглавляемые заправлявшими и тогда, и сейчас белолюбовыми, вопреки декларируемому нами «прогрессизму», на деле оказались совершенно не готовы к новым формам и содержаниям, то есть оказались очень даже ре-грессивными, тянущими русскую литературу далеко назад.

...русские – это не те, которые написали «Евгений Онегин» и «Войну и мир», и даже не те, которые на том же могучем языке писали доносы и анонимки, и уж тем более не те, которые начали с сочинения на тему «С чего начинается родина?», а закончили составлением завышенной в 16 раз сметой на реконструкцию Большого Театра... русские – это те, которые написали «Майн кампф», «Бытие и время» и тезисы этой конференции!

Русская культура и литература без какого бы то ни было понуждения меня к воображению открывают мне глаза и наполняют все мои чувства тем, с какой стремительной скоростью, чудовищной мощью и одновременно необыкновенной грацией я лечу вместе с землёй, планетами, солнцем в беспредельности мироздания, в стихии жизни.

Без понимания этого – глубокого, древне-русского восприятия и переживания стихии жизни, этого «мирового эфира», истинное понимание Гоголя невозможно; без «торжества жизни» теряется решающая основа творчества и самой жизни великого русского писателя.

Этой гордостью, который был полон Н. В. Гоголь, не наполниться невозможно, не за себя самого и даже не за великую историю своего народа, а гордостью, торжественностью великой силы, живущей в каждом русском.

Басинский наделяет Толстого тем, что сам (Басинский) представляет собой, но с добавлением того, что он хотел бы, но никак не может, совершить, достигнуть.