Рейтинг публикаций

...Пафоса, как нас и предупреждали, все-таки никакого – у всех поэтов, как правило, время мчится, летит, или как минимум течет. Самой собой, в Лету. Здесь же оно каплет, причем «по капле керосина», как у Саши Черного – именно так воспринимает автор действительность - без прикрас и лишних объяснений.

Вот и вижу Вас за столом письменным: ни лампы, ни свечи, ни чернильницы, ни бумаги, ну, ничего, словно голая степь перед жутким бураном... Никаких приборов письменных, но как-то Вы пишите, и написанное не улетучивается в какую-то бездну, в каких-то татарских тартарах не пропадает. Как это? Что другое спросите — отвечу, а это не спрашивайте — не знаю, не ведаю. И стула нет — но сидите, да и стола, пожалуй, что нет, а какой-то утёс черно серебрится, и Вы на нём, его не касаясь. Вы в облаке слов, они, словно серафимы-ангелы вокруг Бога, над Вами вокруг да около, внизу и вверху, короче, окутывая, как дым или, скажем, туман, роятся, пчёлы мёд собирают чёрт знает где и всё Вам приносят...

…как-то понятно становится, что морально-этические аспекты сложно соотносятся с нагромождением технологий, так меняющих души, что они уже не могут глядеться в зеркало небес.

Прозаические тексты Генриха Дика обладают невероятным жизненным правдоподобием, подпитывают действенной энергий добра и любви. Вспоминаются слова замечательного писателя Фазиля Искандера, верившего в то, что «люди стремятся друг к другу, видимо, по принципу душевной близости, где нет разницы в нациях, в профессиях и даже в уровне благосостояния».

Есть своеобразный мистический элемент в отдельных стихотворениях Вязмитиновой: когда, словно подчинённое алхимическим правилам, одно явление переходит в другое, таинственно соединяясь с вечностью...

Знаменательно, что ставшая знаменитой чеховская установка – выдавливать «из себя по каплям раба» – была сформулирована в Святочные дни, и звучит она в полном соответствии с евангельской заповедью свободы во Христе, освобождения человека от рабства, греха и от ига страха смерти. (...) “Посему ты уже не раб, но сын, а если сын, то и наследник Божий чрез (Иисуса) Христа” (Гал. 4: 7). Таким образом, событиями Рождества и Воскресения Христова утверждается ценность, достоинство и духовная свобода человека, который уже не является узником и рабом ни других людей, ни собственного тела, но наоборот – вмещает в себя всё мироздание.

Отзывы о книгах поэзии Сергея Воронова, Алексея Ахматова и Романа Круглова.

«Я сам не ожидал, как много можно сказать в нём <«Воскресении»> о грехе и бессмыслице суда», – писал Толстой 30 сентября 1898 года своему другу и стороннику, впоследствии – биографу Павлу Ивановичу Бирюкову.

«Седло неустойчивости является характерным элементом нашего бытия», пишет автор. Такова, на мой взгляд, и «концепция» этой книги.

...о возможности жить, и ощущать красоту до ее крайнего предела, несмотря на все жизненные трудности и препятствия. И неслучайно книга начинается с портрета Александрии, с описания моря, и надежды, которая исходит от него...

...Архилох отражал это время; став воином, он живо повествует о судьбе, сделавшей вираж, и воин пьёт вино, опершись на копьё… Долго-долго – века пьёт, пока прожигаются ко всякой современности обрывки его стихов, пока обрастает подробностями легенда, и поэты… словно окликают его – таинственного, так давно ушедшего в вечность.

...Я не знаю страны, обладающей такой огромной лирической силой и такой трогательно живописной – со всей своей грустью, спокойствием и простором, – как средняя полоса России. Величину этой любви трудно измерить. Каждый знает это по себе. Любишь каждую травинку, поникшую от росы или согретую солнцем, каждую кружку воды из летнего колодца, каждое деревце над озером, трепещущее в безветрии листьями... (Константин Паустовский)