Рейтинг публикаций

Когда атом сомнений покинет твою орбиту, ты начнешь быть

реклама volvo и вульвы // нила и сены отца и сына

Антон смотрел сквозь стекло по ту сторону, и она что-то говорила там, как в аквариуме, и двигалась, и кричала. И Антон стоял, и смотрел на стекло и за стекло, как за экран, и как будто не видел и не слышал.
– Ты не смеешь так поступать со мной! – била она маленьким кулачком в эту стеклянную дверь, и рыдала, это ее зареванное некрасивое лицо...

Я знал, тюрьма Эдисону не мешает, потому что он принимает в жизни всё с радостью...

Мы думаем, что великороссы, малороссы, белорусы и червонороссы (русины) являются этническим многоединством, образующим в скрепе единого Этоса и в горизонте единой Идеи Русский Народ, русских как таковых. Любая редукция народа к этносу или, еще уже, к нации без взгляда на духовный Этос, на цельность всеобщей идеи, является в лучшем случае выражением физикалистско-рационалистической аберрации зрения, ума, а в худшем случае предательством "смердящего" сознания с его конститутивным:"Я всю Россию ненавижу".

Князь Осорьин-Роща не верил юной супруге, ибо, как он утверждал, слишком знал женскую натуру, весьма подверженную зверю, потаенному в человеках. Князь боялся лишать ее девственности, ибо это означало бы открыть врата райские для других и адовы – для себя: ключарь был стар. И потому во что бы то ни стало положил он сохранить супругу девственной.

Под глазами слякоть. Наверно растаял снег // Отчего же холод грызёт позвоночный столб? // Вавилон с годами не стал ни на грамм ясней - // Беспросветный хаос отходов и нечистот

В своем труде О. Михаил не находит ни какого подвига. Одно трудно, что холодно. Но он и в Питере замерзал, на остановках, ожидая транспорта. А тут транспорта нет.

Сновидец, через героев своего сна, пытается понять себя, почувствовать, насколько всеобъемлюща Его душа, выстраивает иерархию своих побуждений. Он увлечён раскладом мозаичного полотна, мистикой красивых композиций. Он, словно алхимик, золотит и серебрит зубы Уробороса, дабы они схватывали сами себя в собственном отражении.

...тут, как говорил Достоевский, математика. А с ней не поспоришь!..

С обоими дорогими и ненавистными мне в детстве людьми шутница-судьба разлучила меня после школы, а потом, когда я, казалось, напрочь забыла об их существовании, свела-схлестнула в этом странном – не знаю, как назвать, – вертепе, что ли. В этом приюте-притоне провинциальной богемы.