Рейтинг публикаций

Все индивидуалисты здесь попадали, как // листы. Но никому не бесцветно от // их отсутствия. Дама в складках // опыта, т.е. история, не // возбуждает чей-либо эрос, что знак // злоупотребленья Виагрой.

Сны Карла были беспокойны, неприятны и непонятны. Всего их было два. Первый – про то, что он проснулся, и понял, что его зовут Карл Либкнехт, он коммунист, революционер. Он поднимается на последний бой с врагами: тупыми генералами, властолюбивыми королями, скаредными помещиками, алчными фабрикантами. Карл мало что запомнил из этого сна, но особо не расстроился, потому что эта история снилась ему не первый раз. Во втором сне он снова был Карл Возлюбленный Рыцарь, отважный воин на деревянном коне

Я стану Достоевским, который, как известно, был эпилептиком, игроком и беспутным типом. Романы у меня уже написаны, три штуки, по нашим временам – больше и не нужно, но пытаться публиковать их сейчас бессмысленно. А вот когда я сорвусь, уеду бесчинствовать в Висбаден, тут вы все скажете, что я – новый Достоевский

Наиболее удачным символом прерывистости отыскивается Феникс: сознание, живущее только посредством бликующей вспышкой мысли, любовное чувство, длящееся в пол-искры – от влюбленности до обоюдного обморока в постели...»

Вторая часть романа Олега Негина делает более понятным сумбур подзатянувшейся прелюдии первой части. Непонятные персона-жи и события обретают причинно-следственные связи и психологию, свои собственные очертания и лица. Дальше с сю-жетом будет ещё проще и понятнее, уверяю вас. Вы скажите, что имело смысл начинать публикацию «Кипариса» с середины, с того момента, где складки сюжета начинают разгла-живаться. А я не соглашусь с вами, потому что без первоначальной смуты, без начального сумбура не станет понят-ной сверхзадача романа. Остальное – в разделе «Авторы», где мы вывешиваем фотографию Негина (скорее всего, это псевдоним) и те данные, которые он сам о себе сообщил. Что ж, и дети академиков тоже любить умеют…

Биографическими данными поэта и архивными фотографими с Мариной Викторовой поделилась Ольга Евгеньевна – мама поэта Владислава Пенькова.

Согласно концепции Бергсона, память по отношению к материи обладает самостоятельным и автономным существованием - как некое состояние, как некий процесс, некое явление, и его манифестация объективна.

Я года три (четыре?) уже челночил в этом городе, приезжал сюда раз пятнадцать, знал местные нравы, кое-какие ходы-выходы. И, приезжая вновь и вновь, не переставал удивляться той метаморфозе, что практически на моих глазах происходила со столицей Синьцзяна.

Ранняя весна. Окраина небольшого города. Стадион. За стадионом – сосновый лес. Небо низкое, как будто напяленное на сосны. Из-за этого стадион похож на сундук. Сидишь в нем, душно. Да и весь город – как сундук. Откинуть бы крышку, задрать голову, а там – солнце. Только не откинешь, заперто.

рассекая океан, смеясь, славя и являясь

Бывают в жизни мгновения, которые не забыть, даже если воспоминания туманны от времени.

Людей в городе нет. Нет пространства. Нет пустоты.- Козлы! У солнца новое имя. Форма жизни иная. Точка РУ. Овца Долли. Принцесса Диана. Ее зовут Никита. 160 полушарий головного мозга.