Рейтинг публикаций

В этом стихотворении речь шла о звуке,\ ставшем насекомым. \ Он бился в кубе комнаты, \ вырвался на озеро следующего стихотворения, \ сломал одну размерность \ и растворился в квадрате тишины.

Я бы поставил эту фразу эпиграфом к каждому своему дню, ко всякому мгновению. И одновременно эпитафией ко всей моей и любой жизни. В чем её бесконечная правда? В ней сконденсирован огромный трансцендентный опыт каждой души, летящей в бездну, каждого безумия на краю ночи.

Они выгребают деньги из всех имеющихся у них карманов. Они расправляют мятые рубли. Железную мелочь они тщательнейшим образом пересчитывают. Пустые бутылки они составляют в сумку, чтобы их нести сдавать в пункте приема стеклопосуды по 20 коп. за шт.

На мало-мальски живое и свежее приходится тьма хищников и мародеров, так что вселенная всегда живёт пятью хлебами и двумя рыбками.

Гоним стал Ритор...

«Ноев ковчег (Каионово отродье)» – это незаконченная пьеса, над которой Платонов работал в последний год своей жизни и которая стоит особняком в его творчестве.

запомните, основная консольная команда для обновления ресурсов звучит так: водка, а потом уже идут, соль, спички, стратегический запас авиационного керосина и корм для любимой канарейки.

Я растекаюсь по воде озера, как липкое масло, проникающее в каждую пору лиственной пемзы. Я хочу быть везде: загораясь и не сгорая, сидеть на плечах свободы.

...Гумилёв это «российский Кастанеда», а Кастанеда – «американский Гумилёв». Показательно, что такие мыслители и писатели появились синхронно в крупнейших мировых и научных державах.

Наш друг Великий Русский Читатель. Ему интересна мудрость, которую несёт книга. Суть её. Интересно ему то, без чего бы, она не была книгой. Но на филфаке говорят: "Э, нет, брат, у нас тут наука, понимаешь. Как это ты говоришь, что произведение "Братья Карамазовы" — живое существо. Это бред! Бред антинаучный!" Наш друг отчисляется с филологического факультета и уезжает на Аляску. По дороге он размышляет.

Однажды я увидел на улице президента. Это было возле оперного театра. У подъезда остановилось несколько лимузинов. Президент прошел мимо редкой толпы - человек может быть двадцать-тридцать. Люди смотрели на него, а он на них. На мгновение он замедлил шаг, точно чего-то ждал - казалось, бледный, настороженный, как будто неуверенный в себе. Милиции было немного. Народ молчал - президент прибавил шагу и скрылся в дверях. Сцена как отдаленное эхо "Бориса Годунова".