Подвиги Геракла. Лернейская гидра (Опыт историософско-антропологического прочтения)

 

 

 

Второй подвиг Геракла – победа над Лернейской гидрой. Если Немейский лев символизировал смертельную угрозу человечеству со стороны природы как среды обитания, то Лернейская гидра – это вечная угроза, обусловленная внутренней (животной) природой человека как воплощением в нем диких природных инстинктов и страстей, приводящих к соперничеству людей за место под солнцем, нескончаемым войнам между племенами, народами, государствами и даже братоубийственным войнам за обладание территорией и ресурсами.

Лернейская гидра (Ὕδρα, водяная змея) – одновременно мать и сестра Немейского льва, дочь чудовищ Тифона и Ехидны, вскормленная (как и Геракл) богиней Герой. У гидры было собачье туловище и 9 змеиных голов[i], из которых средняя голова была бессмертной, остальные смертными. Гидра была настолько ядовита, что одно её дыхание убивало всё живое вокруг. Она обитала в Алкионском озере (болоте) близ города Лерны, в окрестностях которого находился вход в подземный мир – Аид, куда мог беспрепятственно мог войти лишь Дионис (Διώνυσος) – младший из богов-олимпийцев, бог растительности, виноделия и веселья, покровитель театра[ii]. Этот вход и охраняла гидра. Ее существование имело смысл только в отношении живых людей, ибо мертвые уже не воюют между собою за место под солнцем. Гидра постоянно выползала из смрадного озера на равнину, похищала скот и опустошала окрестные земли.

Когда Эврисфей дал задание Гераклу убить чудовище, герой на колеснице, которой управлял возница Иолай, отправился в область Лерны. Прибыв к месту обитания чудовища, он заставил гидру вылезти из логова с помощью горящих стрел. Однако победить её он не мог. Стоило Гераклу срубить одну голову, как на её месте сразу же вырастало ещё две или три. На помощь гидре из озера вылез огромный рак Каркин и ухватил Геракла за ногу. Герой в гневе раздавил рака. Увидев, что в одиночку ему не справиться с гидрой, Геракл позвал на помощь Иолая. Тот развел из ближайшей рощи костер и стал прижигать горящими головнями основания срубленных голов, не давая им вырасти вновь. Таким способом Геракл срубил все головы гидры, в том числе бессмертную. Разрубив туловище гидры, Геракл погрузил острия своих стрел в её смертоносную жёлчь. Стрелы стали смертельными, даже незначительное ранение ими становилось гибельным. Но это был опрометчивый поступок: через много лет именно яд Лернейской гидры стал опосредованной причиной смерти самого героя. После того, как Геракл закопал тело и головы гидры, включая бессмертную, он привалил это место огромным камнем.

Обратим внимание на несколько не всегда очевидных символов в этом мифе:

То, что Лернейская гидра вскормлена молоком Геры свидетельствует о том, что ее мощь подпитывалась волей к жизни в ее крайне эгоистичных формах проявления.

Рак – символ мрачного прошлого во взаимоотношениях между людьми, когда-либо враждовавших между собой, как во французской поговорке: «Le mort saisit le vif» (мертвый хватает живого)[iii].

Вырастающие новые головы Лернейской гидры на месте срубленной означает, что появление даже одного агрессора сразу порождает, как минимум, двух врагов (агрессора и его жертвы), а также бесконечное число их возможных союзников[iv].

Желчь – символ озлобления, в которое люди впадают в противоборстве друг с другом за жизненное пространство, и которого нет у животных, даже поедающих друг друга.

Прижигание на месте отрубленной головы означает необходимость подавить – ради мирного сосуществования людей – и предать забвению чувство злобы, превращающего человека во врага по отношению к другим людям.

Закопанные в землю головы гидры и придавленный камнем говорят о том, что – пока живо человечество – справиться с этим злом раз и навсегда невозможно. Можно только держать его под контролем, так как при неблагоприятных условиях (например, голода) злая природа человека в любой момент может дать о себе знать.

Таким образом, второй подвиг Геракла – это усмирение, хотя бы на какое-то время, природных инстинктов человека, которые порождают сугубо животную вражду людей между собой за условия существования, «войну всех против всех». Поэтому Геракл был не в состоянии справится с этой задачей в одиночку, рассчитывая только на собственные силы и помощь благоволящих к нему сил внешней природы. Он берет в помощники Иолая, относившимся к Гераклу как к богу, любящего в нем человека как такового. Еще Гераклу помогает совершить этот подвиг богиня мудрости Афина.

Эврисфей не засчитал Гераклу этот подвиг, ссылаясь на то, что в этом деле ему помогал Иолай. И он, Эврисфей, был совершенно прав, ведь никаких свидетельств победы над гидрой Геракл принести ему не мог. К тому же, природному пространству безразличны идеальные принципы примирения между людьми (любовь и мудрость), поскольку они напрямую не касаются существования самой природы.

 

Афина и Иолай, помогающие Гераклу в борьбе с Лернейской гидрой.

 

 

[i] Разные античные авторы указывают различное количество голов Лернейской гидры: от 7 до 100. Павсаний – именно 9, что, на мой взгляд, более всего соответствует символике данного мифа. Девять (эннеада) – число, «не подверженное порче»; символ неуничтожаемой материи, так как сумма цифр любого числа, кратного девяти, дает девятку. У пифагорейцев девять – предел всех чисел, внутри которого существуют и обращаются все прочие.

См.: https://sekretwomen.mirtesen.ru/blog/43901256372/Simvolika-chisla-DEVYAT.-Zanimatelnaya-numerologiya?nr=1&utm_referrer=mirtesen.ru

[iii] «Мертвый хватает живого». Фраза получила известность в России, поскольку часто цитировалась как фраза К. Маркса из Предисловия к первому тому его «Капитала» (1867). Но К. Маркс только сослался на французскую поговорку. Смысл выражения: инерция устаревших, негативных традиций, предубеждений, предрассудков, их живучесть мешает взглянуть на вещи по-новому, как того требует новое время. // Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: «Локид-Пресс».

[iv] Одно из первых аллегорических упоминаний гидры содержится в «Государстве» Платона, где он пишет: «И верно, такие законодатели всего забавнее: они, как мы только что говорили, всё время вносят поправки в свои законы, думая положить предел злоупотреблениям в делах, но, как я сейчас заметил, не отдают себе отсчета, что на самом-то деле уподобляются людям, рассекающим гидру». // Платон Государство, 2007, Государство. IV. 426e.

Последние публикации: