Любовь и метеоризм. Das Ewig-Weibliche и медикаменты.

1. Любовь и метеоризм

Несколько недель назад я оказался на одном дне рожденья. Так как
большую часть из пришедших на юбилей вовремя, к установленному
времени, я не знал, то чувствовал себя несколько неловко, общаться
было почти не с кем. С юбиляршей до этого вечера как-то давно
не приходилось встречаться, и после красного вина какие-то воспоминания
из прекрасного прошлого захватили меня. Вспомнилось почему-то,
как лет 18 назад с ее телефона мне позвонил один гениальный режиссер
и спросил, как я поступал, когда у дамы болел живот? То есть,
к ситуации он тогда совсем оказался готов и в спешке стал обзванивать...
Я немало удивился, не заметив его поначалу среди присутствовавших
(все же он заглянул потом ненадолго – оказывается, в это же время
состоялось другое светское событие, а именно презентация новой
книги ВПЗР – Великого Писателя Земли Русской). Но вот Великие
и Ужасные стали появляться на празднике – кто с годовщины Добровольного
Общества Охраны Стрекоз (ДООС), кто с презентации вышеупомянутой
книги. Стало оживленно, весело и шумно. Заслуженные деятели, редактора
литературных журналов и прочие малознакомые мне личности как-то
рассосались, и тут ко мне подсел другой ВПЗР, а именно Игорь Яркевич
– автор нашумевших в свое время книг «Как я и как меня», «Как
я обосрался» и др. Воспоследовало «плесни мне, старик, чего-нибудь!»,
«давненько не виделись!», «как дела?», «что нового?», «где ты
сейчас...», «у меня в издательстве... выходит...», «круто!», «представляешь,
они...». Вскоре Игорю представили парочку каких-то красиво накрашенных
длинноногих девиц, и они втроем в обнимку удалились, эротически
улыбаясь и воркуя, на второй этаж...

Подумалось, к чему бы это могло быть – встретить автора книги
«Как я обосрался?». То есть, если это некая примета, как у Рубинштейна,
то к чему это? что она предвосхищает? На память почему-то пришли
гениальные строки другого ВПЗР - на сей раз строки из книги, один
из 500 пронумерованных экземпляров которой автор мне некогда подарил
на мой юбилей - 40-летие:

«Матрёна начала пярдеть ыщо у кроватя как ёна проснулася а как
поднялася и так опять пярдела и когда печь взтопила всё пярдела
да пярдела и когда скотиня понясла всё пярдела и когда корову
подояла всё пярдела и когда блины стала печь всё пярдела без продыху
быдто у ей у жопя зверь да и когда есть села пярдела а когда и
у сад пошла так ыщо сяльней запярдела громким пропердом а как
у малинник вошла так пярдеть ураз и кончила быдто никогда и пярдеть
не умела вот»

Более четверти века назад я был на свадьбе одноклассника, впоследствии
ставшего свидетелем на обоих моих бракосочетаниях. От самой его
свадьбы мало что запомнилось, но всплыла почему-то беседа о фонетике
со студентами из ГДР. Кто-то упрекнул их в недостаточном знании
русского и предложил назвать слово, в котором подряд шесть согласных.
Немцы, конечно, не знали ответа: ВЗБЗДНУТЬ! Кто-то из них попробовал
повторить и протяжно произнес это веселое слово, но получилось
как-то вяло и неинтересно.

Несколько дней спустя после того дня рожденья, когда меня почему-то
покинула подруга, я решил переписать приветствие на автоответчике,
то есть убрать из приветствия ее имя. Как-то я до сих пор этого
не удосужился сделать, и люди, не застав меня дома, продолжают
выслушивать «Если Вы позвонили ... и Сергею, то можете оставить
сообщение после звукового сигнала». Размышляя над формой нового
приветствия, я вспомнил о замечательном стихотворении с одного
из альбомов группы «ДК».
Может быть, просто записать этот стих?

Если девушка изменит,
Не печалься, не грусти!
Ты пойди поешь пельменей,
Что в пельменной по пути.
Чесночка поешь и лука,
Вдруг случайно к ней зайди.
А потом скажи ей «СУКА!»,
Поднатужься и набзди!

Как весело звучит это короткое-прекороткое «набзди!». По контрасту
с немного снисходительным к женским слабостям «СУКА!» это «набзди!»
звучало коротко и решительно, совершенно без всяких излишних эмоций,
мстительности там какой-то или интеллигентских сетований и упований
на возврат. Отрешенно. Короткая такая точка. Не жирная, не эмоциональная,
а сухая и основательная. Сразу за этим «набзди» на альбоме «ДК»
(«Семья цветочных королей») без паузы, и даже без малейшей пространственной
реверберации начиналась сосем другая песня. Новая! Новая жизнь...
Такой вот как бы стилизованный под русский урлацкий панк вариант
«Яваслюбил любовьещебытьможет».

Practical joke. А что можно сказать в такой ситуации? – слова
зачастую бесполезны... Вот, к примеру, в фильме “Жизнь как чудо”
Эмира Кустурицы освобождаемый из мусульманского плена солдат рыгает
в микрофон американской телекорреспондентки и подбрасывает его
в воздух. Лет 20 назад, в романтические времена расцвета московского
концептуализма я писал в статье “Аудиальный
перформанс "Коллективных действий”
для четвертого тома их
«Поездок за город» о том, что в своих акциях КД используют четыре
звуковых кода: шумы, конкретные звуки, речь, музыкальные звуки;
четыре типа акустического поведения человека: шум/ругательства/вежливая
речь/свист. (В то же время, в середине 80-х другие концептуалисты
- группа «ДК» - работали очевидно в том же направлении, но обращались
к другим акустическим проявлениям человека, сознательно нарушающим
нормы поведения, ко внеречевым практикам.) Анализируя перформансы
КД, я приходил к выводу, что переворачивание отношений “отправитель
- получатель”, обозначающее - обозначаемое в конечном счете “приводит
к переходу от речи к тишине и открывает путь к бессознательным
структурам, в значительной мере минуя символизм языка, то есть
отчетливое содержание информации” (Е.М. Мелетинский).

Отсюда недалеко уже и до “Мы написали тебе сто писем, но ты нам
не ответил. Это тоже ответ” (суфийская тема для уединенных медитаций)

2. Вечно-Женственное и медикаменты

“Есть голова - от сердца,
И есть топор - от головы.”

А нет ли чего-нибудь от желудка, или от кишечника? от почек, от печени?

Несмотря на многократные литературно-поэтические описания страданий
неразделенной любви, мой собственный опыт и рассказы знакомых
свидетельствуют, что в результате подобных стрессов неполадки
случаются, чаще всего, не в сердце, а внизу: ноги не ходят, отнимаются,
проблемы испытывают кишечник, желудок, почки, в общем, как это
ни неэстетично, - телесный низ.

В этом году среди моих друзей-музыкантов прокатилась волна семейных
неурядиц, разводов, разрывов. Не только подруги ушли от многих
музыкантов, но и жены ушли от нескольких издателей их компакт-дисков.
С чем связано это поветрие? С каким особым положением звезд? Что
это – признак истощения нашей музыки, потери ею энергии, утраты
последних следов общественного внимания/престижа? Свидетельство
смены ценностей и приоритетов? (офицеры, летчики -> космонавты
и физики -> кооператоры -> менеджеры среднего звена и бандиты)
За последние десятилетия образ музыканта из загадочного и притягательного
представителя богемы, великого и ужасного романтического безумца,
а то и властителя дум, трансформировался в полуживой игральный
автомат, в беспринципного работника шоу-бизнеса. Обстановка не
располагает к сосредоточению, медитации, специальным познаниям
– и музыка становится постепенно наименее актуальным из искусств.

Видящим смысл искусства в декоративности, наверное, трудно понять
музыканта. Образ мысли, поведение значительно отличаются от общепринятых.
Выпадающие некоторым из них огромные физические и психические
нагрузки, не всегда регулярные, зачастую жизнь на грани и за нею
- ради чего-то совсем непонятного даже близким, полагающим музыку
вместе с остальным людом сферой обслуживания. Как объяснять офисным
работникам, ради чего все эти лишения, да и стоит ли пытаться
это делать? Иногда в заносчивости задаешься вопросом, могут ли
вообще милые дамы что-либо понимать, или функционируют, повинуясь
инстинктам, социальным или просто физиологическим, бессознательному,
командам спинного мозга – как те же наши несчастные кишечник или
мочевой пузырь, не восприимчивые к утешениям и внушениям?

Почему отверженная любовь переживается так тяжело? Когда нам отказывают
в любви – это на некотором глубоком архетипическом уровне, неосознанно,
признание нашей бесперспективности, отказ в праве на будущее,
отказ в нашем индивидуальном единичном лице всему родословному
дереву, всем нашим предкам и смертный приговор некогда возможным
потомкам. Признание того, что наша реализация генотипа – неинтересна,
не имеет притягательных черт, не имеет ценности и не будет продолжена.
По существу – это отказ в праве на будущую жизнь (будущие жизни),
да и на биологическую целесообразность продолжения этой жизни.

Получается очень тяжелый разящий удар. Куда-то туда, в солнечное
сплетение, под дых. Человек реагирует на него вполне естественным
образом: ведь когда он умирает, прежде всего опорожняется кишечник,
мочевой пузырь.

Вот как об этом пишут медики: “Различные нервные расстройства,
эмоциональные перегрузки также могут явиться причиной развития
метеоризма. Перевозбуждение нервной системы может вызвать спазм
гладкой мускулатуры кишечника. При этом замедляется перистальтика.

В настоящее время существует несколько групп лекарственных средств,
позволяющих достичь определенных результатов.

[среди них]... адсорбенты. Они способны поглощать избыточное количество
газов и вместе с ними выводиться из организма. Наиболее известными
препаратами этой группы являются активированный уголь...

При возникновении метеоризма необходимо организовать прием активированного
угля в количестве нескольких таблеток в день”

Разбирая забытые в квартире вещи, обнаружил, что бывшая подруга
оставила несколько упаковок этих таблеток. Что это – забота обо
мне? Подумалось предвидении, даже о Провидении, о Вечно-Женственном:

«Со святыми меня упокой,
Ты, держащая море и сушу
неподвижно тонкой рукой»

Неподвижно тонкая рука держит мироздание, которое пытаются поколебать
своими метеористскими инструкциями как-бы-панки и как-бы-концептуалисты
(панки, уподобившиеся концептуалистам или наоборот? концептуалисты,
мимикрирующие под панков?), в то время как некоторые безответственные
представители артистической богемы, сходя с ума, в отчаянии, ополоумев
от горя, пытаются нарушить Гармонию Мира громкими неконвенциональными
звуками, как бы инфернальными звуками чрева.

или в исполнении заключающего «Фауст» Chorus Mysticus:

Alles Vergängliche
Ist nur ein Gleichnis;
Das Unzulängliche
Hier wird’s Ereignis;
Das Unbeschreibliche,
Hier ist gethan;
Das Ewig-Weibliche
Zieht uns hinan.

Если спроецировать эти строки Гёте на стишок «ДК» (или наоборот),
то, опуская преходящесть вышеупомянутых уподоблений, получается,
что Неописуемое – как бы непечатное, не заслуживающее описания,
непередаваемое письмом (Das Unbeschreibliche) – это есть внеречевое,
внеязыковое, ненормативное акустическое/сигнальное поведение человека,
вызванное именно все тем же неизменным Женственным, реакцией на
него – на его непостоянство, непредсказуемость и прочие разрушительно-иррациональные
особенности, или наоборот – на его стремление заставить нас, поющих
и танцующих непонятно о чем стрекоз, заниматься «делом».

Отправился в город Брянск с новым радикально-панковским проектом
с романтическим названием „ХЛАМ“. На концерте в местном клубе
„Аквариум“ имели место беспорядки, вызванные лихим поведением
одного из участников этого „Хлама“: драки с охраной, попытки разрушения
музыкальных инструментов и оборудования и т.п. По окончании этого
безобразия, когда охранникам удалось лихача побороть, и воспоследовавшего
затем моего блюзового джема с местными музыкантами, незнакомая
девушка протянула мне обрывок упаковки с четырьмя таблетками анальгина:

- Возьмите, пожалуйста. Мне очень хочется что-нибудь Вам
подарить, но у меня ничего нет. Вот, если у Вас что-нибудь заболит...
обезболивающее. Хотелось бы, чтобы Вам никогда не было больно...

X
Загрузка