Рейтинг публикаций

Он лежал в оцепенении, не способный уже отказать ни ей, ни самому себе, словно потеряв свободу воли. Неожиданно отрывок из Гемары пришёл ему на ум: случись так, что человека победит нечистый, пусть человек этот оденется в тёмные одежды и укутается во всё чёрное, а затем удовлетворит желания своего сердца. Это предначертание, казалось, скрывалось в его памяти с той именно целью, чтобы сломить его последнее сопротивление

— Раз шагни за черту с ледяным сердцем. Вернись с сердцем полным горящих углей, — произнес он вполголоса, отвернувшись.
У него был талант выдавать такие строки, похоже, собственного сочинения.
— И откуда вам только в голову такое приходит? — сказал я.
— Рождается по наитию, — ответил Веспасиан...

Когда он, наконец, выполз из-за телевизора и распрямился, держась за стену, то увидел в лунном луче, пробивавшемся сквозь тюль, волшебное зрелище: большую русалку

Вечером в бесчисленных лабиринтах уважаемого учреждения, помнивших еще отблески пожара мировой революции, допоздна не гас свет, и хлопали двери.

...Иван Павлович в дверях подъезда столкнулся с ранее неизвестной ему новой соседкой. Сразу несколько мыслей привычно пронеслись в голове у Ивана Павловича. Что старые жильцы, то уезжают, или вовсе умирают. А молодым оставшиеся старые не нужны.

Мария Дмитриевна оглядывалась на свою жизнь. Такую же странную картинку. Которая держится, подрагивая, в луче света. Вокруг – непроглядная пустая темень. Лучик света в любой момент дрогнет. И вздрагивающая картинка погаснет. И останется бескрайняя пустота. Страха и беспокойство не было. Только небольшое любопытство.

Я торжественно переставляла ноги от одного шедевра к другому и без конца радовала свой глаз. – Тебе нравится?! – блестели мои глазки, рассматривая картоны из цикла «Смертные грехи».

Лера смотрела на него своими удивительными глазами, держала его за руку, что-то говорила тепло и проникновенно, так, будто они были знакомы уже целую вечность

Даже когда получаешь удовольствие, тебе больно.

Молодая чистая душа завела нас, как болотный огонёк в трясину. Завела и погасла.
- Куда ты делась, чистая душа? И куда ты нас самих задевала?

Маленькая улица и кирпичная стена. Человек в фетровой шляпе. Пожарная лестница. Клубок веревки. Окно на четвертом этаже. Спящая девушка. Легкое и быстрое дыхание. Книга на столике. Шелковый шнурок. Петля вокруг шеи. Конвульсия тела и слабое царапанье пальцев. Крюк на двери. Садик, погруженный в темноту.