Рейтинг публикаций

Жакоб попытался приблизиться к Линде, говорить с ней, но все усилия привлечь ее внимание остались безуспешными. Она даже не смотрела в его сторону.

Это закономерный для русского человека и русской мысли итог - в тридцать седьмом году сказать "прощай" революции и сделать шаг в сторону христианства.

Эмоции, вызываемые художественным произведением или произведением искусства это не дань моде или сознательный гротеск художественной личности, это необходимость очищения души зрителя или читателя, который, прочувствовав происходящее, начинает заново осмыслять жить, заново пытаться расставить необходимые акценты.

К 150-летию со дня рождения Дмитрия Мережковского и 70-летию со дня смерти Зинаиды Гиппиус.

Окруженный первозданной природой, американский колонист должен был забыть о морали, в борьбе с природой моралист не выживал. (...)на моральные реминисценции просто не было времени.

Его звали-то не Алеша, он был Костя Валиков, но все в деревне звали его Алешей Бесконвойным. А звали его так вот за что: за редкую в наши дни безответственность, неуправляемость. Впрочем, безответственность его не простиралась беспредельно: пять дней в неделе он был безотказный работник, больше того - старательный работник, умелый (летом он пас колхозных коров, зимой был скотником - кочегарил на ферме, случалось - ночное дело - принимал, телят), но наступала суббота, и тут все: Алеша выпрягался, Два дня он не работал в колхозе: субботу и воскресенье.

Одна из идей Любищева – разные уровни реальности: вид, род, семейство, отряд и так далее. И звон иная реальность, чем колбаса. Радуга – иная, чем звон. Стихотворение – иная реальность, чем радуга.

Перестаю думать об этом // и вместе со снегом заворачиваю // за угол дома.

Несмотря ни на какие иноземные веяния русские таланты всегда и во всём сохраняли собственное обличие и собственную сущность. Но кто знает, сохраним ли мы эти способности в будущем?

Согласно историческим свидетельствам, подлая сущность обер-гофмаршала Леволда скончалась в 1735 году, а его беззаботная ипостась преставилась двадцать лет спустя. Однако другие документалисты полагают, что двуличная сущность стала, в сущности, бессмертной и получила постоянную прописку в обшарпанной прихожей действительного государственного советника Воробьева

Ранняя весна. Окраина небольшого города. Стадион. За стадионом – сосновый лес. Небо низкое, как будто напяленное на сосны. Из-за этого стадион похож на сундук. Сидишь в нем, душно. Да и весь город – как сундук. Откинуть бы крышку, задрать голову, а там – солнце. Только не откинешь, заперто.